Фришка

Достав из кармана мультитул, он мгновенно смахнул штекер со шнура своего прибора и зачистил проводки. Затем ловко выкрутил лампочку из светильника на рабочем столе Рукавицына и накинул проводки на контакты освободившегося патрона. Эти манипуляции заняли у инженера от силы секунд десять. Андрей Петрович, наблюдавший за его действиями со смесью любопытства и изумления, даже не стал ничего говорить по этому поводу. Ну нафиг, еще обидится, замкнется в себе, и общаться будет невозможно. Если в начале разговора он откровенно троллил этого странного, не от мира сего мальчишку, то сейчас ему было любопытно, и ради этого он готов был потерпеть его поведение.

– При каждом включении требуется небольшая калибровка, – извиняющимся тоном произнес Ремин, возясь с крутилками прибора. – Но при экранировании необходимость в этом пропадет.

– Калибруйте, Павел Семенович, я подожду, – благосклонно молвил Андрей Петрович.

Наконец, тот с видом фокусника замер перед своим творением.

– Я весь внимание, – поощрил его к действию Рукавицын.

– Как вы видите, обычное состояние вещества – гранулярное, – в доказательство Ремин с некоторым трудом встряхнул колбу. Зернышки взметнулись и тут же опали. – Но если мы подадим сигнал такого вида… – он повернул крутилки до отмеченных маркером на корпусе положений и снова встряхнул прибор. На этот раз вещество не шелохнулось. – Сейчас гранулы скреплены между собой, причем очень прочно. Твердость можно регулировать от пренебрежимо малой величины до четырех с небольшим по Бринеллю, но, я уверен, этот показатель можно увеличить.

– И насколько же? – спросил Рукавицын, первый раз в жизни слышавший про Бринелля. – Алмазы резать сможем?

Инженер задумался.

– Алмазы-то нет. Думаю, максимальный показатель будет в районе шести, не более. Это уровень плохонького железа, недопустимо низкий показатель для резцов.

– Полагаю, нам этого будет достаточно, – заключил Андрей Петрович и про себя добавил: «Только хрен знает, для чего достаточно».

– Я тоже так считаю, – согласился Ремин.

Инженер снова стал крутить ручки прибора, но что-то там не заладилось.

– Регулировка энкодерами не очень удобна, подбирать значения приходится эмпирически, но я уже имею немалый опыт в этом. При необходимости постоянной калибровки по-другому никак, – со вздохом поделился он.

– Это незначительные временные трудности, – уверенно отмахнулся Рукавицын. Водить за нос этого великовозрастного ребенка было проще простого.