Фришка 2

Половинчики разбежались по заданным направлениям.

– Вектор, как ты это выговариваешь? – изумился Веня. – У меня на втором слоге язык ломается.

– На работе контингент мультинациональный был, – пояснил я. – Там не хуже имена встречались. Или труднопроизносимые, или из пяти-шести слов.

– Какие, например? – спросил Растеслав.

– Жак-Элиасен-Франсуа-Мари-Паганель, – выдал я.

Веня и Цицерон хмыкнули, а остальным проканало.

– Слишком тонко для них, – сказала Дагомея и обняла меня сзади, положив подбородок на плечо.

Включила высокие каблуки, значит. Не пойму, это у неё костюм видоизменяющийся или она с собой целый гардероб таскает и переодевает через инвентарь. У меня обычные вещи, скреплённые в набор, в котором я появляюсь во «Фришке». Что-то можно в него добавить, докупив, что-то исключить. Рукавицын стремится сделать игру доступной как можно более широкому кругу людей, но это за счёт планируемого снижения стоимости подписки и создания клубов Реальной Виртуальности с почасовой оплатой. Всякие декоративные свистелки и перделки во «Фришке» дорогие.

В игровом магазине есть запредельно дорогие уникальные предметы вроде индивидуальных татуировок или одежды. Как апофеоз этого безумия, собственная статуя в центре одной из двенадцати площадей Медиаля стоит тридцать миллионов евриков. Один лот уже выкупили, в новостях игры писали. На площади Воплощённых тоже будут установлены статуи игроков, но за счёт империи и только за игровые достижения.

Впереди показался Верзепурд. Всё-таки первым пришёл.

А, нет, вон двое других бегут.

– Ту-ту, везу паровоз, – задорно закричал половинчик. – Лет двадцать этого не делал.

– Пригнулись! – скомандовал Захар, который теперь сам стал в фокусе у магов.

Коты и младшая дружина послушно присели на колено.

С меча Захара слетел призрачный серп, как у магов «Ветра Пустыни», только он был расположен горизонтально и имел ширину во весь коридор. Двигаясь аккурат на уровне голов скелетов, он собрал хорошую жатву, но разбился о нагрудник драугра.

Тапочек звучным речитативом начал «Да сгорят от Света Его». Над толпой нежити появилась шаровая молния, исторгла одну волну света и пропала. Жрец Люмена по каким-то причинам прекратил молитву и переключился на «Прах да станет прахом», выбивая возвышающихся над скелетами драугров. Саломандр снова пульнул стрелу огня. Хотя какую стрелу? Это уже с некоторой натяжкой можно назвать фаерболом.

Однако этого было недостаточно, чтобы полностью остановить толпу нежити.