Стражи времени

Если таким необычным способом действует диверсионная группа, значит взрыв, якобы от падения метеорита, и последующие массовые галлюцинации призваны отвлечь внимание населения и органов от истинных целей вредителей. Через двадцать минут Вахтанг уже держал в руках подробную копию плана заданного участка местности. Поблизости от интересующего района не имелось никаких объектов, которые могли бы заинтересовать собой предполагаемых диверсантов. Вариант массовой атаки на психику местного населения Дадуа до поры до времени в расчет не принимал.

– Дело ясное, что дело темное! – подумал Вахтанг. – На месте будем разбираться. Одного помощника с собой возьму, Антона Зубарева! Толковый офицер, исполнительный, образованный, и, по всему видно, язык за зубами держать умеет. Надо предупредить его, что летим немедленно. Дело срочное.

Вахтанг поднял трубку телефона внутренней связи:

– Антон, будь добр, зайди ко мне, дело срочное, – голос Дадуа был спокоен.

Вахтанг не терпел громких разговоров и командных интонаций.

Все, с кем имел дело этот тихий человек, сами вслушивались в его слова, боясь что-либо пропустить. Через минуту Антон уже стучал в дверь своего начальника.

– Заходи, Антон. Я слышал, у тебя месяц назад родилась дочь?

– Так точно! – лицо старшего лейтенанта просветлело при мысли о дочурке, заставив его улыбнуться. – Галюша, Галя Зубарева.

Вот и хорошо! Давай, Антон, мы сейчас заедем к твоей семье и, ты со своими женщинами попрощаешься. Через пару часов мы с тобой должны вылететь в Свердловскую область.

Срочное дело, к тому же дело это на контроле у наркома, – Вахтанг поднял указательный палец правой руки вверх. – В наше распоряжение товарищ Берия даже свой личный самолет отрядил. Медлить нельзя.

– Все понял, Вахтанг Георгиевич! Спасибо, что домой заскочить разрешили.

– Давай, Антон, спускайся вниз. Я за машиной. Ах, да, – Вахтанг открыл шкаф и достал оттуда шинель без знаков различия. – Храню ее прямо в кабинете на случай вот таких командировок. Да и ты, Антон, прихвати из дома шинельку.

Это в Москве конец апреля – весна, а за Уральским хребтом еще зима продолжается.

Дадуа завез Антона домой и, наказав тому через час быть готовым к отъезду, на предельной скорости погнал эмку в один из закрытых институтов, работу которого курировал уже белее трех лет. Режимное предприятие представляло собой типичную бериевскую шарашку. Фактически же это был тот же лагерь для заключенных, только контингент этого лагеря состоял из ученых.