Стражи времени

Иногда, собираясь на дело, Василий прикидывался водопроводчиком, телефонистом, страховым агентом, пожарным инспектором. А однажды, директору потребкооперации одного украинского города представился журналистом газеты «Социалистическая Родина».

– Прибыл писать о вас очерк. Очень вы умело хозяйствуете. Лично товарищ Микоян имеет на вас виды. Такие кадры в Москве, нужны, в столице. Очевидно, после выхода материала в печать получите предложение оттуда, – Борзяк многозначительно поднял глаза вверх и с почтением покивал головой.

Хохол долго изучал «редакционное удостоверение», но липа была сработана на высочайшем уровне. Шалый работал с «ксиводелом» высокого класса. Старик «лепил» всё, начиная с бланков командировочных удостоверений, кончая паспортами. Мог изготовить даже удостоверение сотрудника милиции. Работа велась через проверенных людей и стоила довольно внушительных денег. Изучив «ксиву», директор сунул нос в командировочное удостоверение. Посопев, поднял трубку телефона.

– Товарищ! Дайте Москву! Газету «Социалистическая Родина»! Жду! – пробасил директор.

– Газета «Социалистическая Родина», – ответил женский голос на другом конце телефонной линии.

– Вас беспокоят из города Брилёво. Ваш корреспондент, товарищ Звирский сейчас должен находиться в командировке в Брилёве?

– Да, Звирский действительно сейчас в командировке, но, где он, в Брилёве или в Казани, я вам сказать не могу, не имею на то соответствующих полномочий. Всего доброго. – Отбой.

Василий весь диалог прослушал с обиженно-брезгливым выражением лица, ничуть не волнуясь.

Вот точно так же несколько раз и он беспокоил сотрудников газеты. Ответ всегда был один и тот же. Никто никакой информации не даёт. Не те времена. Кругом полно шпионов, враги народа на каждом шагу! Но даже такой ответ хохла успокоил и, он, притащив бутылку коньяка, организовав закуску, тут же принялся потчевать московского гостя, от которого, в какой-то мере, зависела его дальнейшая судьба и карьера. Выпив рюмочку, Борзяк откланялся, сказав, что интервью состоится завтра. На следующий день директор выгнал наготовившую снеди жену за час до прихода корреспондента.

«Ну, зачем москалю смотреть на эту старую калошу? Мало того, что в дверь не пролезает, так еще глупа как пробка. Женился в свое время сдуру. Дети теперь выросли и разлетелись из гнезда, а он с этой клушей до смерти обречен куковать. Разведёшься, можешь поста лишиться, наверху пришьют моральную неустойчивость, век не отмоешься.