Пасынок галактики

Сергей слышал лишь тяжелое надсадное дыхание спящих рептилий. Нестерпимый смрад идущий от их тел заполнил собой все пространство камеры Сергей с завистью взирал за беспечно посапывающего во сне Нукки, самому Сергею спать расхотелось. Ван Дур был прав, рептилии замышляли побег, и последствия от этого побега могли быть самыми непредсказуемыми. Одно было Сергею непонятно, почему речь в разговоре зашла об меркурианских драконах. При чем тут эти мерзкие огнедышащие существа? Они довольно редки и охраняются межгалактическим законом, но здесь, на далеком астероиде закон олицетворял собой сам майор Ван Дур.

Сергей так и не заснул до самого подъема. Сигналом к побудке послужил громкий дребезжащий звонок, от которого нещадно разболелась голова, и заложило уши.

– Вставай! – Сергей ткнул в бок все еще сопевшего во сне Нукки.

– А? Что? – негр туту же вскочил на ноги.

Дверь камеры распахнулась. В проем со страшным скрежетом вкатился приволакивающий левое колесо дежурный робот. Перед собой он толкал тележку с кусками сырого тухлого мяса, жуткий запах которого перебивал все остальные миазмы, правившие бал в камере.

– З-з-завтрак для арестантов-рептилий! – запинаясь, изрек робот, сваливая содержимое тележки прямо на заплеванный пол камеры.

– З-завтарк для других арестантов, – пробормотал он, подъехав к Сергею и Нукки.

На пол полетели два черствых покрытых плесенью ломтя хлеба.

– Приятного аппетита. Жрите, и на работу! – продолжал вещать робот.

Сергей поднял свой ломоть и, преодолевая брезгливость, принялся жевать плохо пропеченную массу.

– Черт знает, что такое! Это разве еда? Сам жуй такое мясцо!

Рыгун поднял один из мясных кусков и метко запустил его прямо в голову робота.

– Проклятущий Ван Дур кормит нашим мясом своих меркурианских драконов, нам же остаются лишь объедки и тухлятина! – вслед за Рыгуном свой кусок в голову роботу бросил тот, кого называли Ушастым.

Лишь сейчас Сергей заметил, что у этого арестанта отсутствуют не только уши, но и длинный хобот, вместо которого торчал лишь куцый грубо зарубцевавшейся обрубок.

Вслед за Ушастым принялись бузить и остальные арестанты-рептилии, которых было подавляющее большинство. Остальные заключенные лишь боязливо жались к стенам, с ужасом наблюдая, за тем, как ловкие и сильные чешуйчатые обитатели камеры ломают робота-дежурного. Тот попытался выкатиться в коридор, но Рыгун встал на его пути и ловко сшиб тюремщика массивным хвостом.