Сдохни, но живи

Чуждый условностей сын гор привык получать все, что хотел. И хорошо, если эта поездка закончится лишь банальным изнасилованием…

– Стойте же! – Ида рванула дверцу, но та оказалась заблокирована.

– Да приехали уже! – насмешливо бросил утративший вдруг галантность шофер.

Действительно, машина остановилась возле небольшого охотничьего домика. В отдалении переливался огнями огромный, похожий на средневековый замок особняк. Оттуда слышался громкий смех и заезженный мотив разудалой песни. Краевой бомонд основательно принял на грудь и принялся слушать какого-то столичного менестреля.

Иду и Лену туда не повели. Для них была подготовлена совсем другая программа.

Ахмед Джимаев восседал в легком плетеном кресле возле охотничьего домика. Едва завидев автомобиль, хозяин загородного имения оставил свое место, приветливо махнул рукой и поспешил навстречу вновь прибывшим.

– Милости прошу, очаровательные дамы. Извольте отужинать со мной, чем Бог послал.

Ахмед взял девушек под руки и повел к уютному, сложенному из тронутых мхом камней домику.

Ида мельком взглянула на камни. Каждый из таких аккуратных, искусственно состаренных торов стоил целое состояние и специально выписывался из-за кордона. Она видела подобное строение на участке одного влиятельного банкира, когда вела там празднование дня рождения супруги этого финансового воротилы. Ну и народу же на той гулянке было! Не то, что здесь.

Ида уселась за искусно сервированный стол, рядом с ней пристроился шофер, что вез их с Леной на ужин.

– Меня Шапи зовут, – бросил он, открывая бутылку коньяка, – выпьем по одной, а, красавица?

Глаза молодого кавказца оценивающе скользнули по фигуре Иды и остановились на недавно увеличенной в дорогущей заграничной клинике груди.

– Где Лена? Где все остальные гости? Где сам господин Джимаев, наконец? Почему мы здесь одни?!

– Они ушли.

– Куда же?

Шапи молчал.

– Немедленно везите меня в город. Слышите, как вас там?

Ида вновь повернулась к шоферу, но тот лишь усмехнулся.

– Меня зовут Шапи.

Если ты плохо слышишь, могу повторить еще раз…

Кавказец медленно выпил свою рюмку коньяку, аккуратно сдвинул в сторону явно антикварные столовые приборы и вдруг схватил Иду за талию.

– Теперь ты моя, красавица, – вкрадчиво произнес он.

Девушка вмиг оказалась лежащей на столе. Сильно болела спина. Шапи оказался настоящим садистом, дерзким, наглым и сильным. Широко раздвинув ноги жертвы, молодчик делал свое дело грубо и по-хозяйски основательно.