Время испытаний

В ту самую пору забрёл в замок странный хромой человек: по всем признакам вроде как колдун, но по виду – из благородных. Выслушал он юношу, да не рассмеялся, а молвил так:

– Причинить зло легко, а исправить совсем непросто. Не должен был ты появляться на свет, Медвежонок. Но если уж обманул судьбу и родился, негоже тебе и дальше одолженную жизнь в отцовском замке зря просиживать. Сам посуди: останешься здесь – не видать тебе счастья. За порогом дома, может статься, тоже, но этого никто не знает наверняка.

А мир велик. Может, ещё встретишь своего белого друида…

И хоть глуп был сын лорда, но даже его скудного ума хватило понять, что в словах незнакомца есть правда. В тот же день собрал он пожитки и без сожалений покинул отчий дом. А уходя, лишь единожды обернулся, чтобы поклясться горам и камням, небу и земле, рекам и луговым травам, что проживёт жизнь не напрасно. Свою ли, чужую ли – без разницы. Ту, что есть.

Орсон замолчал, а Элмерик ещё долго не мог вымолвить ни слова. Услышанное потрясло его.

Кто бы мог подумать, что всё это время недалёкий здоровяк, над которым потешались все кому не лень, нёс на своих плечах такую тяжёлую ношу!

– Чего молчите? – нахмурился Орсон. – Не верите, да?

– Я верю, – еле слышно сказал бард. – Просто… мне стыдно. Прости.

– За что? Ты не обижал меня, не смеялся, как некоторые.

– Я не делал этого вслух, но было время, когда я считал тебя дурачком и не раз удивлялся, как такого увальня вообще взяли в Соколы, – эти слова давались с трудом, зато после каждой фразы на душе становилось всё легче и легче.

 – Глядя на тебя, я часто думал, что ты – хуже. И чувствовал своё превосходство. Но теперь всё иначе…

– Я не хуже тебя. А ты не хуже меня. Все мы просто люди.

– Мудрые слова, – вдруг сказал Джеримэйн.

– Смеёшься?

– Отнюдь. Я всегда говорю то, что думаю. Человек может вести себя, как дурак. Но это не значит, что он всегда такой тупой. В другие моменты он может быть умным. Я не про только тебя, если что.

Про всех нас в разные моменты жизни.

Похоже, это был такой способ сказать “прости, я был не прав” по-Джеримэйновски.

– А кто был тот человек-та? – поинтересовалась Розмари. – Мастер Патрик?

– Он самый. Я ушёл с ним, не спросив дозволения. Отец до сих пор страшно зол.

Ох уж эти отцы! Элмерик вздохнул, припомнив своего.

– Понимаю. Я тоже сбежал из дома когда-то… Слушай, а ты всё ещё видишь эти сны?

– Да, но уже не каждую ночь.