Под знаком Стрельца

Шана сосредоточилась на кормлении ближайших рыб, справедливо рассудив, что мужчина должен глядеть чуть дальше женщины, пока она занимается делами ближнего прицела.

После кормления они обошли еще ряд достопримечательностей, включающих растения и деревья, а затем вернулись к входу в тоннель.

Они попрощались с гидом, забрались в броневик и полетели. Шана поблагодарила Шлома за чудесный день, прижимая к груди букет цветов. Когда диск приземлился у ее бункера, девушка подарила кавалеру поцелуй и выбралась наружу.

Это был первый в жизни Шлома поцелуй.

Профессор Нув и многие другие пожилые люди тоже использовали возможности регенераторов, и за считанные часы на Весте почти не осталось стариков.

Когда профессор появился перед взорами учащихся, в аудитории послышалось дружное «ах» и наступила неловкая пауза.

– Не пугайтесь, мой внешний вид не отразится на качестве обучения, – раздался помолодевший голос Нува.

Перед рядами студентов гарцевал цветущего вида человек с густой копной медно-русых волос без единого признака седины.

Очков на нем не было. Юркие зеленые глаза и подтянутые черты лица красноречиво говорили о том, что он едва ли старше одиннадцати и младше восьми лет по местному летоисчислению. Год на Весте продолжался дольше трех с половиной земных лет.

– Я все тот же Нув и по-прежнему профессор, – улыбнулся молодой человек, показав полный рот белых зубов.

– Вы сильно изменились, профессор, – подметил студент из первого ряда.

– Бросьте, изменилась только внешность, – махнул рукой Нув.

 – Геф, спроси меня о чем-нибудь, чтобы убедиться, что это я.

– Профессор, хорошо, если это не затронуло вашу личность, – взволнованно проговорил студент. – Главное, чтобы вы не стали совершенно другим.

– Пустяки, – отмахнулся Нув. – Все мои знания, весь опыт сохранился. В прошлый раз в конце занятий мы говорили о землянах, об их заскорузлых традициях, нелепых до безобразия правилах. Как видите, я все помню. Я помню каждого из вас, – профессор указал на аудиторию, и добавил: – Если бы я хоть чуть-чуть изменился, то не смог бы ничего вспомнить.

Одна ошибка при регенерации породила бы полномасштабный сбой.

– Профессор, вы хотите сказать, что даже мельчайшая неточность в процессе регенерации повлечет за собой вал изменений и личность изменится до неузнаваемости? – задала вопрос девушка с четырьмя руками, сидевшая в середине аудитории.

– Несомненно, – согласился Нув.