Самый заурядный попаданец в гоблина

Гигант, приватизировавший ворота, пропустил отряд чистильщиков, и они продолжили свой путь. За воротами они разделились, Базилю и Эдгару с ними было не по пути, теперь их маршрут лежал в местный крематорий. Что мог Пётр сказать о местном поселении: бедно, но чисто. Было видно, что местное население живёт в впроголодь, но это уже не выживание. У людей были голодные глаза, но не глаза умирающих от голода, Пётр не раз видел разницу ещё на земле во время войны. Их увидели: процессия гоблина, ведомого на поводке, в сопровождении двух зверолюдов – такое зрелище трудно было пропустить, особенно для местного населения, не избалованного зрелищами.

Первый камень в Петра кинул кто-то из немногочисленных людей, бросок был слабый и попал под ноги, не причинив особого вреда. Ну а потом и взрослые подключились, в Петра прилетел всякий мусор и помои. А потом начались выкрики из толпы зевак.

– Четвертуйте его!

– Посадите его на кол!

– Смерть зеленокожим!

– Снимите с него шкуру и отпустите побегать!

– Кремировать заживо мерзкую тварь!

– Повесить его на толстой верёвке, так, чтобы помучился.

В общем, тихой прогулки не получилось. Прибежавшая к общему веселью стража бездействовала, а даже наоборот, молча одобряла всё происходящее. Служителей правопорядка можно было отличить по синим одеждам и дубинкам на поясе. Судя по тому, что у всех стражников одежда отличалась, единого текстильного производства у них здесь не было.

– А ну быстро рассосались по нормам, ротозеи! – рявкнула на толпу Марта, когда кто-то, целивший в Петра куриным яйцом, попал в неё.

 – Ещё кто-нибудь что-нибудь кинет, и я того растерзаю собственными зубами.

Угроза подействовала, Марту в народе знали и уважали.

– А вы, бездельники, – Марта обратила свой взор на стражников, – я донесу на вас управляющему!

Стражники тут же вспомнили, что у них есть дела и их надо делать. Оставшаяся толпа, без возможности покричать оскорбления и покидаться всяким хламом, потеряла весь интерес и рассосалась.

Остались только дети, которые ещё не нагляделись на живого гоблина. Один пацаненок хотел ещё кинуть камень, но получил смачного пенделя от Марты и убежал зализывать раны. Взрослые всё видели, но по-видимому, никто шум поднимать из-за жестокого обращения с детьми не собирался.

– М-м-мда, мерзкое происшествие, – сказал Луи, выковыривая из своей шерсти что-то склизкое. – Но могло быть и хуже, нас могли закидать какахами.