Леди Ванесса. Часть 1. Молодость

«Словно красный хвостик,» – Подумал Клык. – «Мерзость»

Клык, сравнивая эту самку с другой молодой человеческой самкой, настолько миниатюрной, что не превосходила в росте гоблинов. Ту самку он использовал на прошлой неделе. Её удалось взять с набега на деревню, мелкая, слабая, сдохла сразу же, как он ввёл в неё свой здоровый член и разорвал ей внутренности. Но до чего же у неё были узкие отверстия. Он с ней ещё долго спаривался после того, как она умерла, но ещё была тёплой. А потом сожрал, и понял, что ничего вкуснее, чем человеческие детёныши, он ещё не пробовал.

Клык раздвинул оплывшие бёдра в стороны, вставил свой член и… ничего не почувствовал. Самку разработали так, что туда можно было спокойно запихнуть кулак, как в перчатку.

– Эй, отродья, там где-то бутылка была, тащите её сюда, – проревел хобгоблин Клык.

– Вот, старший, – подбежал мелкий гоблин, поднося пустую бутылку.

– Ну ка, посмотрим – сказал Клык, выхватывая пустую бутылку и вставляя её горлышком вперёд, в задницу самки.

Та громко застонала, отчего гоблины громко заржали. Вот уже пару дней самка не издавала вообще никаких звуков, ни криков, не стонала, а тут такая хохма.

– Хорошо!!! Полностью вошла, – сказал Клык, вызывая новую бурю смеха и радости.

– Ну-с, приступим, – гоблины захихикали. «Да я прям сегодня жгу,» – подумал хобгоблин, берясь за продолжение спаривания.

– Хорошо, – прохрипел Клык, ощущая приятную тесноту и теплоту.

Бутылка вина сделала самку теснее и теперь Клык ритмично совершал поступательные движения, получая удовольствие. Только сильный дискомфорт в горле мешал самозабвенно отдаться удовольствию.

Гоблин, что работал над её ртом, вдруг согнулся пополам и схватился за горло, рухнул на пол, а потом затрясся в конвульсиях.

– Ха ха ха, что, опять укусила? – развеселился Клык. Какое же сегодня чудесное, весёлое утро.

Возле стены один за другим гоблины стали валиться на землю, хватать себя за горло и трястись в конвульсиях, у некоторых изо рта шла белая пена.

– Что здесь происходит? – зарычал Клык, так как ему резко стало не до смеха.

Гоблины, находившиеся в камере, умирали один за другим по совершенно непонятной причине.