Гроза революции. Эпизод второй

Либо мы делаем дело, либо…

– Знаешь, что… Артем, как там тебя Романович, я не кухонная прислуга и не крепостная девица, чтобы говорить со мной в таком тоне!

Артем остыл.

– Я пытаюсь тебя ассоциировать со своим прошлым, но ты мне чужой человек, понимаешь, чужой, чужой. Круглый и Аня были частью меня. Ты пытаешься стать тем же. Не выйдет.

Ксения поднялась и вышла из комнаты.

В кухне, за обеденным столом, сидела Клементин, рисовала бабочек в альбоме. Артем вышел позже и стал у окна.

Клементин подняла голову.

– А вы теперь мне папа и мама будете?

Артем посмотрел на Ксению. Та околачивалась на пороге.

– А как ты хочешь?

– Не знаю, – Клементин пожала плечами, – только в приют не отдавайте. Там плохо.

– Деточка, – с лаской заговорила Ксения, – а с нами тебе хорошо?

– Вы мне чужие, но я привыкла.

– Умный ребенок, – заметил Артем. – Взрослее, чем я думал! – он сел напротив девочки и сказал: – Понимаешь, все мы плохо живем! И нашей вины в этом нет. Но мы должны что-то менять.

Клементин по-взрослому ответила:

– Мы никому ничего не должны.

Артем несколько удивился, и в сердцах оценил, а ведь ребенок дело говорит.

– Это верно. Да только кто, кроме нас самих, себе поможет.

С улицы послышался шум колес на дороге. Недалеко от дома припарковалась тонированная легковушка. Тюха и Сека приметили «шевроле», стоящий рядом с бывшим домом Пятыгина.

– Смотри, тачка Гарика! – Тюха тыкнул пальцем. – Чую, дело пахнет писюнами.

Сека чуть наклонился.

– Этот урод не привез товар, как обещал.

– Да, его грохнули, забыл? Может алкаш этот?

– Чем? Бутылкой?

Сека увидел: на порог дома вышли Артем и Клементин.

– Смотри, та девчонка.

– Вот уроды.

Тюха и Сека вылезли из машины, огляделись. Вытащили пистолеты и двинулись вперед. Артем краем глаза их увидел, и отправил Клементин в дом.

– Эй, мужик! – крикнул Сека. – Кто такой?!

Артем невзначай сделал шаг к порогу.

– А ты с какой целью интересуешься?

– Мы тебя не знаем.

– Не живет он больше, в яме лежит, – ответил Артем, и мысленно подумал, как бы сейчас взять автомат и положить двух утырков.

Сека и Тюха переглянулись.

– Равно, как и владелец этой машины, – добавил Артем, кивая на «шевроле», – и доктор. Остались две фигуры. Сыграем эндшпиль?

– Слышь, шахматист! Если не хочешь, чтобы мы тебя начали пялить, отдашь нам девку, и мы разойдемся!

Артем методично изучил свое положение.