Держись за воздух

– Вижу веселые ребята. – Не отступал таксист, ничуть не покоробленный дерзким жестом. – Садитесь в мой кабриолет. За три рубля довезу куда хошь! С каждого по рублю – это разве деньги!

– За три копейки согласны! – парировал Жук. – Ну, из уважения за тридцать копеек, если у вас тут копейка идёт за десять рублёв.

– За тридцать копеек у нас за погляд берут. За такие деньги никто не повезет.

– И не надо. – Жук кивнул друзьям. Они поправили за плечами спортивные сумки, двинулись на выход.

– Постой-постой! – Таксист завертелся вьюном.

 – Есть среди нас и такой, что и за копейки возит. Не хотите на моём мерсе, езжайте в тарантайке.

Таксист быстро зашагал к парапету, откуда частные извозчики высматривали клиентов (жертву узаконенного развода). Жора дернул за рукав Жука, мотнул головой на выход. Сматываемся от прилипал. Но командир не двигался с места. Надо было сказать таксисту, что ждать не собираемся. Раз промолчали – дождемся финала. Пацаны в ответе за свой базар.

Вскоре нарисовался седовласый дядька пенсионного возраста в потрепанной одежде, не бритый, в допотопных очках с толстыми линзами.

Поздоровкался хриплым голосом. Сказал, машина в метрах двухстах отсюда, готова тотчас выехать. Добавил, что отдал сотню за них, как за найденных клиентов.

Ребята переглянулись: попались на удочку. Принцип челночной дипломатии освоен здесь с лихвой. Попробуй, откажись – нашлют проклятия, а то и запросят неустойку.

– Ну дак едем, чего ждем? – торопил седовласый. – Всего-то тыщу с троих возьму.

У меня и навару хорошего нет.

– Скажите ещё, благотворительностью занимаетесь, – буркнул Жук. – Ладно, поехали.

Дед повеселел и шустро зашагал на автостоянку. «Волга-24» в кузове комби грязно-белого света выглядела убогой альтернативой.

– Жена болеет, лекарства дорогие, дети разъехались. Вот и приходится подрабатывать. Может быть, ко мне на постой? Много не возьму.

– Нас ждут, – отрезал Жук. – Машина в исправном состоянии?

– Машина как рабочая лошадка. Всё на ней вожу: удобрения, комбикорм, урожай.

Когда ей ломаться? У неё ресурс двигателя – мильон километров. На века в советской стране делали. С качеством, пожалуй, проблемы были. Это поправимо: сломается, дак починить нетрудно…

Дед продолжал расхваливать неказистое авто. По степени полезности оно на порядок превосходит навороченные иномарки. Мерсы и бэхи берут, чтобы тешить самолюбие. Вскоре железная опора деда о четырех колесах предстала во всей неприглядной красе.