Игрушки создателя

Опять этот мифический город, там что, какие-то другие люди живут? В чём отличие? У них здесь разные виды что ли? Я совсем запутался.

– Может быть я просто так выразился… непонятно, прошу меня извинить.

И я потёр шею.

– Да чего тут непонятного. – включился в обсуждение Кузьмич. – Николаич, ты чего? Человек практически с того света вернулся, мозги набекрень, тут кто угодно заговариваться начнёт. Это чудо просто, что выжил. И лекарств никаких не потребовалось, стало быть, и нам фиксировать ничего не надо, без полиса-то нельзя никак.

А так до города своего сам доберётся, документы, полис найдёт и опля – к своему участковому врачу. Так ведь, Кадило?

– Да-да! – поспешил я согласиться. – Мне бы только в уборную и что нибудь поесть.

– Ну да, а ещё переночевать негде, – съязвила вредная бабка. – Знаем мы таких.

– Да, уж тебе ли не знать, – обрадовался фельшер. – Помнишь, как туристы к тебе забрели?

– Вся деревня помнит, – подтвердил Андрей Николаевич. – Степан Георгиевич, участковый, как раз после этого заикаться начал.

Это хорошо ещё, что до зарплаты неделя оставалась, а так только пенсия пропала.

– Ага, решила коммерцией заняться, Павловна? ИП "Пущу за стольник, пенсия за иконой".

– Так кто ж знал, что они такие нехристи окажутся? – вспылила хозяйка санузла. – Вежливые такие были, я и накормила их и спать постелила, а утром ни их, ни иконы, ни остатков пенсии. Хорошо, Георгич их словил, хоть икону вернули.

– Попробуй тут не слови. Я на другом конце деревни твой рёв слышал, Стёпка, бедолага, наверное проклял тот день, когда в милицию, тьфу ты…, в полицию служить пошёл.

Вон, Николаич правду говорит, заикаться стал с того дня, дом твой стороной объезжает.

– Да я же потом извинялась за слова свои, прости-господи, мм… нехорошие. Багодарила, пирожки носила в участок, только как не приду, его на месте нет.

– Конечно не было его на месте. Я бы после такого от тебя тоже прятался.

– Я прошу прощения, – снова подал я голос.

 – Мне бы в уборную. И воды можно ещё?

– Так вон вода. Пей сколько влезет.

Андрей Николаевич ткнул пальцем в сторону небольшого стеклянного сосуда, стоящего на подоконнике.

В меня влезло всё. Допив воду, я удовлетворённо и с наслаждением вдохнул и выдохнул воздух. Как же всё таки хорошо быть настоящим человеком в настоящем мире. Тем более, что мир настолько прекрасен. Вернув сосуд на место, я довольно улыбнулся и вновь наткнулся на их застывшие взгляды.