Брать живьем! 1919-й. 2

В кабинете с длинным столом, стульями, сейфом и шкафом для бумаг Нетесов представил меня своему начальнику. Тот скользнул по мне взглядом и улыбнулся.

– Так, так, значит, товарищ Маркин прислал нам в помощь вас, молодой человек? Что ж, очень приятно. – Иванов крепко пожал мне руку. – Надеюсь, товарищ Нечаев, вы сможете распутать эти убийства, эту дикую расправу над нашими сотрудниками, как с блеском сумели справиться с бандами «затейников» и «синих» в Петродаре. Я тут начал было вести расследование, предпринял кое-какие действия, но чувствую, что не потяну, знаний и опыта маловато.

– Хороший был спец, – проговорил чекист низким баритоном и протянул мне руку. – Старший уполномоченный ЧК Воронин… Cлышал, вам пришлось недавно побывать в камере ЧК в Петродаре и держать ответ перед товарищем Яркиным?

– Недоразумение быстро разрешилось, – ответил я.

Чекист, не меняя выражение лица, ровно произнес:

– Вам повезло.

– Нетесов, верно, уже обо всем вам рассказал? – спросил у меня Иванов.

– Да, общая картина мне ясна, – кивнул я. – Можно было бы съездить в лес, на место преступления. Его не сильно затоптали?.. Вы для себя что-нибудь отметили?

– Странно то, что следов на поляне нашлось совсем немного. Я-то думал, что Рваная Шея соберет всех своих людей для спектакля, ан, нет. Расправу над Соколовым и Зайцевым чинили двое-трое человек, не больше.

– Вы уверены, что виновник – Рваная Шея? Кстати, кто он?

– Зовут его Василий Беляев, – сказал Воронин, закуривая папиросу. – Сидел за поджоги в Воронеже, бежал, укрывается со своими дружками в ярлуковском лесу… Расправа над Соколовым и Зайцевым – его рук дело, как и налеты на квартиры, самочинные обыски с изъятием ценностей и многое другое. Тут, к западу от поселка, действует еще одна банда, но она сосредоточена на грабеже поездов – тормозят товарные составы и выгребают из вагонов хлеб, сахар, обувь, мануфактуру.

– Хм-м… Если Рваная Шея повинен в этом злодеянии, то объяснение лежит на поверхности: он не хотел привлекать к расправе лишних свидетелей, – сказал я. – Зачем собирать всю шоблу, когда вопрос касается такой тонкой темы – зарытого клада?!

– Cправедливо, – заметил Иванов. – А, Трафим Захарыч?

Воронин, поблескивая серыми глазами, переместил папиросу из одного уголка рта в другой.