Брать живьем! 1919-й. 2

Вот то-то и оно… Ладно, товарищи, мне пора. Тетрадь я забираю с собой.

У двери он обернулся и посмотрел на меня.

– Нечаев! На одну минуту.

Мы вместе вышли в коридор. Положив тетрадь во внутренний карман кожанки, Яркин сразу перешел к сути дела:

– Человек я прямой, не люблю ходить вокруг да около. Как вы, Нечаев, посмотрите на то, чтобы из Угро перейти в ЧК?

Я немного опешил. Ни хрена себе, вот так сразу и в ЧК!

– Неожиданно, не знаю, что и сказать.

Чекист широко улыбнулся и похлопал мне по предплечью.

– Что, Светловский не отпустит?.. Я бы постарался утрясти c ним это дело.

– Вообще-то, в Угро меня все устраивает, товарищ Яркин.

– Да?.. Ну, что ж, ценю вашу твердость. – Он крепко пожал мне руку. – Если вдруг надумаете, мало ли что, то знаете, где меня искать. Удачной службы!

Он развернулся и твердым шагом направился к выходу. Только он успел скрыться за дверью, как в коридор влетел черноволосый малый в гимнастерке, галифе и хромовых сапогах и быстро направился в мою сторону.

– Начальник милиции на месте? – выпалил он, глядя на меня и вытирая пот с крутого лба.

Я кивнул и, пропустив его впереди себя, приcел в кабинете на свой стул.

– Товарищ Маркин, я милиционер Артем Нетесов из Песков, – обратился запыхавшийся парень к начальнику. – У нас вчера к вечеру беда стряслась. В ярлуковском лесу были обнаружены убитыми заместитель начальника милиции поселка и старший милиционер Зайцев…

– Погоди, погоди, – нахмурился Маркин, встав с места. – Зеновий Мартыныч Cоколов убит?.

– Водички можно? – Нетесов опорожнил стакан в три глотка, только кадык заходил ходуном. – Лучше начну с самого начала. Шестого числа к нам на станцию, как известно, мамантовцы нагрянули. Партийные работники и милиция вон из поселка. А что было делать? Против такой силищи не попрешь… Наш начальник дома в болезни лежал, так мы его и всю его семью подхватили и вывезли в дальнюю деревню. Туда же отправили и семьи Соколова и Зайцева, поскольку сами они вынуждены были задержаться в отделении, чтобы выгрести из сейфа реквизированные у бывших торговцев ценности и рассовать их по саквояжам.

Удрали они из отделения буквально перед носом у мамантовцев. Те видели, как они тащили битком набитые сумки и, почуяв поживу, неслись за их пролеткой до самого ярлуковского леса. Бросив ее у подлеска, милиционеры углубились в чащу, стали петлять, кружить, менять направление, чтобы, тово, сбить преследователей со следа.