Воевода Константин

Внутри этого монумента, мягким оранжевым свечением, пульсировал большой шестигранный кристалл.

Ярославцеву не стоило напрягать мозги, дабы понять, что это и есть тот самый муравьиный оракул.

Всезнающий! Могущественный и совершенный!

Другие эпитеты, почему-то не приходили на ум капитану, ибо от рождения он был командником, а не зацикленным на высшей математике спецом, боготворящим «компьютерное железо».

Василий равнодушно уселся возле его ног, давая возможность, еще раз как следует осмотреться.

Костя каждой клеточкой тела улавливал исходившую от него уверенность, и это не только успокаивало, но и настраивало на деловой лад.

Если бы время действительно поджимало, то призрачное животное повело бы себя совершенно по-иному…

«Покои королевы», – представляли собой простейший автоклав, накрытый матовым колпаком. Никакого злата, драгоценных каменьев и прочих, дорогостоящих, но совершенно бесполезных аксессуаров он, на его поверхности, так и не обнаружил.

Казалось, муравьям было неведомо само понятие роскоши, да и в повседневной деятельности они всегда ограничивали себя лишь самым необходимым.

Жизнь, как уже успел убедиться Ярославцев, наглядно показала им, чем может закончиться, для любой, пусть даже самой развитой цивилизации, безудержное сверх потребление, а так же научила рационально и предельно экономно использовать имеющиеся ресурсы.

Едва капитан приблизился к святая, святых всего комплекса, как перед ним «нарисовался» его членистоногий компаньон.

Своим поведением тот напоминал провинившегося пса, который в отсутствии хозяина, бессовестно стрескал все имеющиеся в доме припасы и теперь пытался вымолить прощение.

– Верю дружище, верю! – не стал добивать его Константин. – Не по своей воле ты оставил меня прозябать снаружи.

– Я был вынужден подчиниться. – Проскрипел Месс и, положив передние лапы на его плечи, предано уставился на капитана.

– Приказ – есть приказ! И я не осуждаю твой поступок. Поэтому забей и не парься.

– Отныне и всегда я твой самый преданный солдат, готовый хоть сейчас умереть по твоему приказу! – поклялся расчувствовавшийся муравей.

– Вольно, рядовой! – со всей серьезностью ответил Константин, ибо знал, что такими словами не бросаются. – Я и не сомневался в твоей преданности. Кстати, уважаемый Оракул! А не пора ли нам окончательно уточним мой статус.