Ловцы душ на «Обероне»

Палач вальяжно приблизился почти вплотную, оценивающе склонил голову на бок и, критично осмотрев результаты своего «титанического» труда, с неизменным брюзжанием, решил-таки продолжить выполнение порядком опостылевших обязанностей.

Как всегда он был чем-то недоволен, чуточку взбешен и в меру нетороплив.

У Ярославцева уже давно сложилось свое, собственное, мнение относительно характера и наклонностей этой насквозь провонявшей копотью персоны. Даже сейчас было видно, что наш уважаемый Инквизитор, не испытывает особого удовольствия от пытки.

Хотя удивляться было нечему? Этот позор рода человеческого, без преувеличения представлял собой высочайшую степень лени, трусости и зависти и, как следствие, не привык лишний раз перетруждать свое изуродованное, горбатое тело.

К тому же Костя достоверно знал, что в прошлом он ни один десяток лет тупо болтался под потолком в кандалах и, корчась от боли, визгливо умолял своих мучителей о снисхождении.

Однако в один прекрасный день, ему каким-то образом все же удалось возвыситься над Проклятыми, и занять должность подвального Инквизитора.

– Отдохни немного землячок, отдохни, – неожиданно умерил свою прыть палач, – я еще успею тебя, как следует уделать.

Костя в тот же миг расслабился и отрешенно обвис, выравнивая дыхание и собирая волю в кулак.

Кандалы, с помощью которых его каждый раз подвешивали к прокопченному потолку, жалобно звякнули, и до крови впились в запястья.

Здесь, в Преисподней, он впервые полностью утратил чувство времени и, балансируя на грани жизни и смерти, под изощренными пытками этого мелкорослого и жилистого садиста, только чудом не превратился в обезумевшее от нескончаемой боли животное.

Конечно же, прежняя закалка, да полученные, за годы службы в Космической пехоте, профессиональные навыки, позволяли ему хотя бы частично контролировать ее, но сохранить так долго человеческое достоинство и ясность ума без дополнительной мотивации было необычайно сложно.