Несчастный случай

–Скажите, эта полоса металлическая всегда так болтается?

–Да нет, – медленно ответил Леха, – Она вроде прибита была…

–Значит так, – пробормотал следователь, – Похоже, он за нее ухватился, а дюбеля не выдержали. Вот и сорвался… – констатировал он.

Они вернулись в комнату. Вадим плотно прикрыл балконную дверь.

–Скажите, – следователь опять обратился к Лехе, – А вы за эти Морозовым в последнее время никаких странностей не замечали. В общении или в поведении?

–Да нет, все нормально было.

–Ну вы же понимаете, что это был довольно рискованный поступок, лезть на седьмой этаж по балконам, да еще при том, что балконы седьмого и восьмого этажа выступают над другими и ему пришлось схватиться за громоотвод.

–Да… – Леха замолчал, словно бы слова не шли с его языка.

–Вы знаете, – вмешался Вадим, – Морозов вообще парень был рисковый и любил всякие такие вещи.

–Вы согласны с такой оценкой? – следователь посмотрел на Леху.

–Да… – проговорил тот, – Денис был лихой. Он мог…

–Хорошо, – следователь поднялся, – Я здесь закончил, так что можно закрывать, – с этими словами он вышел в коридор.

Вадим проводил его взглядом и посмотрел на Леху.

–Следы исчезли, – сказал он.

Леха вскинул голову, словно его стегнули кнутом.

–Какие следы?

–Ну, помнишь, те, что я утром видел.

–Я выходил. Ты понимаешь, это мои следы были, – Леха опустил глаза, – Я ночью, когда спать пошел, вышел и посмотрел вниз. Так страшно стало, как он мог ночью в мороз полезть по балконам… А потом я утром подумал, что следы увидят и подумают еще, что это я мог его… – голос Лехи прервался, – Ну я и испугался. Вышел на балкон и утоптал все. Ну, ты ведь видел, как они допрашивают. Обязательно привязались бы. А ведь я ничего не делал.

–Да ладно, ты не переживай так. Надо было мне утром так и сказать, а то не выходил, не выходил. Я что, не понял бы? – Вадим укоризненно посмотрел на Коншова.

–Получилось так. Как-то само с языка сорвалось…

–Ладно. Пойдем к Андрюхе, пускай скажет, что нам дальше делать.

3.

Делать им больше ничего не пришлось. По крайней мере, Вадиму. Поскольку с наряда их сняли, а идти на занятия было поздновато, Кузин велел оставаться в общежитии.