Леврония

В память об отце у него осталась лишь шляпа. Шляпа эта была искусно выполнена мастером, который, судя по ней, был отнюдь не плох в своём деле. Внутри шляпы золотыми нитями было аккуратно вышито: «ДГ». Этим подарком своего отца Альберт сильно дорожил и не расставался с ним никогда, что бы не случилось. Остальная одежда за исключением шляпы была потрёпанной и невзрачной, как у любого другого бродяги: рубаха не по размеру большая, то и дело здесь и там на ней зияли большие дыры, обувь вся поистрепалась из-за долгих походов, а штаны повсюду изорваны и измучены временем.

Свою фамилию Альберт взял от дяди, который заботился о нём, когда мальчика бросил отец. Но его дядя умер через два года и юный сиротка остался один в этом жестоком мире. Он многому обучился за время своих скитаний, бродяжничество многому его научило. Альберту приходилось много раз постоять за себя в драке, многие мальчишки хотели побить его, забрать шляпу. Из-за этих драк он часто был сильно избит, но каждая стычка закаляла его физически и морально и скоро он стал неимоверно вынослив.

Альберт, когда уже вырос хотел устроиться на работу, не всегда же ему быть грязным бродягой, но никто не хотелось брать его на работу, ведь у него не было документа, который говорил бы о его гражданстве, а это сулило некоторыми проблемами если об этом кто-нибудь узнает, а проблем, даже самых мелких никто на свою голову не хочет, потому Альберт до сих пор оставался без денег. Документы ему тоже не выдавали, ведь он был безродный бродяга, неизвестно кто, неизвестно откуда.

Альберт даже не жил, а выживал, есть было нечего, ужасный голод был его вечным спутником, но он ни за что не продавал свою шляпу, даже в самые голодные времена, когда еды не бывало у него во рту по несколько дней. Большую часть времени он проводил бродя по деревням, от одной к другой. В общем, жизнь его была нелегка, а судьба незавидна.

Однажды Альберт постучал в дверь, её открыл дюжий мужчина, лет тридцати

– Чего тебе? – спросил мужчина, презрительно осматривая Альберта, глаза его выказывали глубокое отвращение к бродяге, но как только его взгляд пал на шляпу, в них словно запылал огонь.

– Прошу, вас, мне бы хоть чуточку хлеба, да воды чистой испить. – умоляюще сказал Альберт

– Слушай, парень, а дай мне свою шляпу посмотреть. – не сводя глаз с головного убора Альберта сказал мужчина

– Да, конечно, возьмите.