Плач по тем, кто остался жить

Он, кстати, указывал, что о службе в белых при принятии в партию говорил, но это не помогло. Хотя капитан мог не соврать, ибо принимали таких в партию, но вот сегодня веры ему ни в чем не было.

По крайней мере, дивизионная парткомиссия его из партии исключила. И он протестовать и апеллировать в более высокие инстанции не стал – чего уж тут жаловаться, скрыл или не скрыл, а шило вылезло из мешка. Ссылаться на удалого делопроизводителя, просто так (или не просто) приукрасившего биографию, – это было не повзрослому.

Поэтому в штабе дивизии шушукались, а иногда и спорили, Иголкин ходил, сияя, а оба полковых уполномоченных Особого отдела делали непроницаемые лица. Слово «покерфэйс» в стране не было широко известно, а потому «непроницаемые».

Когда на следующий день капитан пришел сдавать Гусеву партбилет, к нему никто не подошел. Впрочем, он особо не нуждался в словах утешения. Николай Семенович думал пока о другом. А именно о комбриге Михаиле Иосифовиче Зюке, что являлся командиром и комиссаром дивизии – что он решит насчет его дальнейшей службы.

Занятие этих двух должностей сразу означало, что командир-комиссар пользуется таким политическим доверием, что не нуждается в надзоре политического комиссара за собой.

Понятие немного устарело, особенно в свете борьбы с оппозицией, но оно, кстати, уже отживало свое.

Михаил Иосифович, как активный оппозиционер, тоже засиделся на ответственной должности, но его время наступило в августе.

Пока же Гусев принял партбилет и повел Николая Семеновича к комдиву.

До этого они не встречались, если не считать присутствия на одних и тех же мероприятиях, вроде праздников.

Михаил Иосифович был чрезвычайно темпераментным человеком и своей непосредственностью частенько вводил в шок ее зрителей.

И сейчас он не изменил себе. Николай Семенович ждал решения об увольнении с позором и долгого поминания своих грехов.

– Ну что, товарищ Гусев, он признался, что у белых служил?

– Да, товарищ комбриг, все так, как в меморандуме писалось.

Товарищ Гусев любил использовать умные и иностранные слова.

– Ну-ка, выйди из-за спины начальника политотдела.

Николай Семенович вышел.

И был со знанием дела изруган скверноматерными словами. За трусость и сокрытие.