Быть жизнью

Мы сможем наладить свою жизнь и перестать пить, если ты прислушаешься ко мне и будешь слушать меня. Мы сможем даже отыскать нашу сестру, если нам повезет, если ты снова не попытаешься взять надо мной верх. И в конце концов, мы сможем найти того, кто нас примет. Понимаешь, о чем я говорю?

Тот, кто сможет принять весь мой бар головных мыслей.

Дверь в бар открылась. Я резко обернулся. В нее вошла женщина в белом плаще, таком ярком, что она светилась ярче любой другой лампы в этом заведении.

Если она смогла войти, значит, она сможет и выйти из него? Тогда мне показалось это логичным, и я тут же ринулся к ней, но она как будто была за тысячу километров от меня.

Я попросту не мог подойти к ней. Она все быстрее и быстрее отдалялась от меня.

Я уже бежал ей навстречу.

Судьба налила ей стопку Пины Колады. Женщина в плаще выпила ее одним глотком, поставила стопку и вышла из бара.

Я побежал за ней на выход, но снова оказался в другом помещении бара. Там женщины в плаще уже не было.

Я подошел к Смерти и Одиночеству, достал сигарету, закурил.

– Кто это был? – спрашиваю я, отпивая из пинты виски.

– Это? Любовь, – отвечает Одиночество. – Она появляется здесь каждый вечер, пока твой хозяин в реальном мире дела всякие вытворяет.

– Каждый вечер? – спрашиваю я. – Не понимаю.

– Ты поймешь. И поймешь, почему любовь постоянно уходит. Ты сам ее гонишь прочь, поэтому не можешь ее поймать, – говорит Одиночество. – Хотя очень хочешь.

– Только вот ее не ловить надо, – вмешивается Судьба.

 – Для нее нужно подготовить место, чтобы не ты ее попытался поймать, а чтобы она сама не захотела уходить. Понимаешь, о чем я?

Я стряхнул пепел с сигареты и кивнул головой.

Я не оборачивался, просто сидел и курил, пока посетители бара приходили, уходили, снова приходили и уходили. Это мой бар и это мой выбор.

Выбор просто сидеть и курить. Сидеть и курить.

Глава 2

Женщина со шрамом.

Я возвращался с работы домой. Тогда я еще работал на какого-то старпера комунистской закалки.

Он вечно орал, а не говорил. И если говоришь ему не орать, он отвечал, что просто говорит.

И снова начинал орать.

Это предприятие, не требующее общения с людьми. Все, что я делал, это молча перебирал коробки по партиям на складе. Работа в тишине и одиночестве. То, что мне было нужно.

Я зашел в квартиру. В нос ударил запах прогнившей курицы из мусорного ведра. Как обычно.

Я открыл дверцу, за которой стоял пакет с мусором.