Быть жизнью

Все-таки, ты находишься в квартире маминого мальчика. И в любой момент может прийти мамочка.

Она оскалила зубы.

– Можно оформить.

– Сколько ж в тебе истомы.

Говорят, трогать родителей и семью – слишком святое дело. И слишком греховное. Если это действительно так, тогда меня ждет отдельный котел в аду.

И он раскален.

Если это так, тогда эта сука вообще не должна была появиться на свет.

Маминькин сыночек и папина дочка.

Отличный, рьяный, яростный дуэт, чтобы сорвать шконку с петель, чтобы разбудить всех соседей вокруг, чтобы в дверь постучали полицейские.

Все для нас двоих.

Она кричит с кухни:

– Сколько стоит этот виски? А эта водка? Кажется, около 200 рублей за литр, нет?

– Тебя это так волнует? – спрашиваю.

– Само собой. Как мне пить то, во что ты не вложил хотя бы половину своей зарплаты?

– Сколько мне заплатить, чтобы смерть забрала тебя уже из моего дома?

– Поменьше.

Я услышал, как ударились туфли о пол в спальной. Затем дверь скрипнула.

– Идешь?

Тихим, сука, нежным голосом. Я даже слегка обмяк. На мгновение захотелось даже перестать ненавидеть ее, и поэтому я спросил:

– Есть не хочешь?

Она потупилась на меня.

Дверь в спальню хлопнула. Она растворилась за дверью. Скрипнула койка. Тишина.

Ну и хер с ней.

Побыстрее бы утро. Побыстрее бы она ушла отсюда.

Впервые я жду утра, чтобы разлюбить девушку. Обычно, наоборот.

Впервые я довольствуюсь перед сном лишь дрочкой, пока за дверьми в моей спальне лежит стерва, мразь, шалава и блядь.

Глава 3

Увидимся завтра

Когда я проснулся, ее уже не было. Дверь в квартиру была прикрыта, в спальню – на распашку. В гостиной на столе перед диваном лежала записка. Я проигнорировал ее.

Первая мысль – выкинуть её и забыть об этой стерве.

Вторая мысль – сжечь.

И, наконец, третья – прочитать.

Шанс один из трех, что клочок бумажки еще останется в этой квартире, но он выигрышный.

"Увидимся завтра," – вот что было написано там.

Тупая наивная стерва.

В гостиную с кухни волокло вонью протухшей курицы. Неужели снова, черт его дери?

Я зашел в ванную и спустил все содержимое желудка в унитаз. Все, что смогло выдержать мое горло. Смыл и отправился одеваться.

Через 15 минут нужно уже быть на работе. Этот коммунист снова будет верещать.

Каждый раз он рассказывает, как раньше было лучше.