Жизнь Тузика Озейло. Трагедия XXI века

Чувствуя сильное волнение, он поспешно вскрыл письмо и начал читать:

«Тузик Фридрихович Озейло!

29 июля 1999 года Вы должны явиться в Университет для подачи оригинала Вашего аттестата с выпиской итоговых отметок. Согласно приказу учёного совета РИУ, абитуриенты со средним баллом аттестата 4,8 и выше зачисляются в наше высшее учебное заведение без вступительных экзаменов и на бюджетной основе.

В случае возникновения каких-либо вопросов, просим обращаться непосредственно в деканат факультета управления.

Искренне Ваша,Надежда Георгиевна Митрофанова.

Декан факультета управления РИУ».

Тузик прочитал письмо дважды. Он с нетерпением ждал своего дня рождения, ведь поступление в институт стало бы для него самым лучшим подарком. В своём воображении он уже успел нарисовать, как сидит в большой университетской аудитории и с интересом слушает умного и опытного профессора.

– Что в письме? – Хильда вошла в комнату к сыну и бросила заинтересованный взгляд на бумагу в лапах Тузика.

Тузейло вздрогнул и оторвался от своих мыслей:

– Из института, – махнул он лапой.

– А ну-ка, давай поподробнее, – прищурившись, сказала Хильда, а затем внезапно спросила: – Тебя зачислили?

– Пока неизвестно, – вздохнул Тузик. – В конце июля нужно явиться к ним с оригиналом аттестата.

– Тогда нет проблем! – обрадовалась Хильда. – С аттестатом у тебя полный порядок! И в голове, кстати, тоже.

Она взъерошила сыну шерсть на макушке и поцеловала:

– У тебя через месяц день рождения.

– Да, – безучастно буркнул Тузик.

– Кого собираешься пригласить?

– Не знаю. Близнецов позову, как всегда, а там… видно будет…

– Но ты хотя бы думал над тем, как будешь праздновать?

– Пока нет.

– Думай быстрее, пожалуйста, – попросила Хильда.

– Хорошо, мам, – пообещал Тузейло.

На дворе стоял 1999 год. Время когда-то модных «квартирников» подошло к концу. Тузик пару раз присутствовал на таких мероприятиях, когда учился во втором классе, но сейчас жизнь в Рояльске изменилась, и «квартирники» плавно переехали на дискотеки, а застолья в собственных квартирах стали чем-то более спокойным и умиротворённым.