Жизнь Тузика Озейло. Перекрёстки

Саппи хотелось махнуть на него лапой и продолжить пить невкусный кофе в надежде на то, что сейчас этот напиток ему хоть как-то поможет. Но Фейдж так не мог. В итоге он бросил недопитый стаканчик в мусорку и что было сил устремился обратно на перрон.

Вагон встретил его громким шумом и хохотом. Озейские пригородные поезда были все с мягкими креслами, по две шутки в два ряда – почти как в автобусе. Правда, было несколько мест, которые особо почитались постоянными пассажирами: в центре вагона, прямо перед массивной багажной перегородкой.

Именно там сейчас царило веселье, подогретое алкоголем. Саппи направился прямо к ним.

– Не помешаю? – обратился он, разворачивая ксиву.

Весельчаки поспешно начали прятать свои горячительные напитки по сумкам и пазухам.

– Мы ничего не нарушаем! – воскликнул самый тощий из компании – беспородный очкарик. – У нас всё завёрнуто! Террористов бы лучше ловили!

Саппи устало закатил глаза.

– Меня вообще не интересует ваш алкоголь. Доставайте и пейте дальше, – разрешил он.

– А чёйно? – подал голос самый крупный. Тот, кто травил шутки, когда Саппи входил в вагон. Видать, главный в компании. Тоже беспородный.

Саппи в двадцать первый раз за сегодня пересказал им свою историю.

– Из Перми? – догадался заводила.

– Из Перми, – заведомо соврал Саппи, не забыв смягчить в названии города букву «Р». Так всегда его произносила Вегетта, да и любой другой уважающий себя уроженец Пермякии.

– Садись сюда, рядом, – разрешил здоровяк, – на, выпей. Устал конски.

Саппи едва сдержался, чтобы не улыбнуться. Он уже слишком отвык от сленга родного города Вегетты. И что странно – она за годы жизни в Озее практически полностью ассимилировалась, впитав в себя особенности акцента рояльских мигрантов, а этот здоровяк – нет. Шпарит так, будто только вчера прилетел.

– Есть у нас такой, – включился в разговор очкарик, когда Саппи закончил рассказ. – Но сейчас его нет. Опаздывает, по ходу.

– Тоже пермяк? – спросил Саппи у заводилы.

– Не, местный. Аргентинец даже.

А, вон он, чешет! – ответил тот и мгновенно перестроился на чистейший аргентинский диалект испанского, Саппи даже немного опешил. – Джино! Ты чего опаздываешь? Тебя тут ждём всё, дождаться не можем! Тут у нас гость из прокуратуры…

– Следственный комитет, – поправил его Фейдж, также перестроившись на испанский.

– А в чём дело? – не понял подошедший Джино. На этот раз пёс был породистый – фоксхаунд. – Я что-то натворил?

– Нет. – Фейдж полез в карман.