Жизнь Тузика Озейло. Перекрёстки

На данный момент Тузик не располагал никакой информацией о вторжении в Персию. Говорить лишнего не хотелось – это могло быть чревато последствиями, – поэтому он всем сердцем надеялся, что в зале прозвучит новый вопрос, который уведёт пресс-конференцию от столь «шаткой» темы. Вся надежда была на двух корреспондентов из «Собачьей правды», которым, собственно, и выдали для этих самых целей аккредитацию на сегодняшнюю встречу. Однако журналисты из главного озейского ежедневника молчали и, судя по всему, не собирались заглушать опасную тему.

Помощь в итоге пришла оттуда, откуда её меньше всего ждали:

– Газета British Times, Александра Беррингтон, – раздался голос в зале.

Взгляд Тузика среагировал мгновенно, остановившись на собаке породы колли. В сердце что-то сильно застучало. Неужели она? Быть не может!

– Да, я слушаю.

– Я являюсь русской иммигранткой и в настоящее время проживаю в Лондоне. Как журналист и как обычная собака, в своё время иммигрировавшая из постперестроечного Рояльска, я не могу не обратить внимания не некоторые эпизоды.

В последнее время до мирового собачьего сообщества доходят слухи об обеспокоенности официального Буэнос-Айреса тотальной «русификацией» страны. Наплыв мигрантов из Российской Федерации составляет довольно внушительное число. Нет ли опасности, что в какой-то момент Озею перекроют кислород и собаки будут вынуждены отправиться обратно за океан?

– Вопрос интересный, миссис Беррингтон, – покачал головой Тузейло, хотя мысленно назвал эту колли по другой фамилии.

Никакая она для него не миссис. Скорее гражданка. Или как там сейчас в Рояльске принято обращаться к собакам женского пола?

– Соглашусь, что наплыв мигрантов из России действительно был, но это случилось почти четыре года назад, когда был основан ещё «старый» Озей, уничтоженный два года назад. В настоящее время эти псы полностью интегрировались в аргентинское общество. Даже скажу, что смешались с местным населением. Если вам нужно подтверждение, то я попрошу поднять в зале лапы всех, кто носит русскую фамилию.

В зале робко поднялось пять-шесть лап.

– Что и требовалось доказать, – заключил Тузейло. – То поколение, которое четыре года назад приехало в Озей за новой жизнью, постепенно уходит. На смену всем этим псам пришли их дети. Зачастую от смешанных браков. Сомневаюсь, что вы найдёте в этом зале какого-нибудь Бобика или Барбоса. Если кто не в курсе, это имена, с которыми у всего собачьего мира обычно ассоциируется Россия.