Жизнь Тузика Озейло. Перекрёстки

Ну а во-вторых, в Озее в то время начинались события, которые были для сеньора Афонсо гораздо важнее, нежели раскрутка какого-то непонятного мужского трио.

– Юваль женится. И уходит. Теперь с Саймоном ищем ему замену…

– Найдёте ещё. У Юваля контракт до мая, насколько я помню. У вас с Саймоном ещё месяц в запасе, – успокоил сына сеньор Афонсо.

Его мало волновали кадровые перестановки в коллективе сына. Зато его довольно сильно волновала другая тема.

– Армон, скажи, что ты думаешь по поводу Девирфоля? Только честно.

– Пап, мы с ним никогда не работали, ты же знаешь.

– Знаю, – кивнул сеньор Афонсо, – но по работе наверняка пересекались.

– Пару раз.

– Так что ты думаешь? Мог он всё это сделать? Там, в «Виктории».

– Я особо не задумывался, пап, честно, – ответил молодой бигль.

– А Саймон?

– Тебя всерьёз стало интересовать, о чём задумывается Саймон? На тебя это не похоже! – Афонсо-младший рассмеялся. Отец не то чтобы недолюбливал главного солиста их коллектива, но относился к нему как минимум прохладно.

– По этому вопросу интересует, – кивнул в ответ сеньор Афонсо. Ему и вправду всегда не особо нравился джек-рассел-терьер по имени Саймон Ливано, занимавший в группе сына центровую позицию, но бигль признавал, что, несмотря на принадлежность к шоу-бизнесу, этот Саймон был псом довольно мозговитым и даже склонным к анализу. Уж этот джек-рассел наверняка думал о произошедших в городе событиях, а также мысленно примерял Девирфоля на роль главного палача.

– Саймон говорит, что не верит.

– Просто не верит?

«Ну же, сынок, думай! Развивай мысль, – мысленно приговаривал Афонсо. – Взрослый пёс уже, а фразы толком построить не можешь».

– Темперамент не тот, говорит. Либо он весь год успешно играл свою роль, либо, выражаясь языком Саймона, Девирфоль – шестёрка, которую красиво подкинули тебе и сеньору Озейло.

– Он прямо так и сказал?

– Что-то в этом роде, – безучастно ответил сын. – А вообще, пап, мы с Саймоном на эту тему особо не разговаривали – у нас сейчас своих дел хватает.

– Не стоит, – отмахнулся сеньор Афонсо. – Сынок, я очень терпимо отношусь к Саймону. Но видеть его у себя дома не хочу, извини.

На какое-то мгновение в гостиной повисла тишина.

– Да прости ты его, – выдохнул вдруг младший бигль. – И меня прости. Всё так, как есть. Ничего не изменишь.