Жизнь Тузика Озейло. Перекрёстки

Я могу идти?

– Конечно, сеньор Андреас, – разрешил Тузик, – ступайте. До понедельника.

***

Вернувшись в Морской, Тузейло с удовлетворением отметил, что горящий в окнах его дома свет ему импонирует. Он уже и отвык приезжать сюда с ощущением, что его, помимо охраны, здесь ещё кто-то ждёт. Ждёт с накрытым столом и ароматом свежеприготовленных блюд в начищенной до блеска светлой гостиной.

Марта вернулась в дом Тузика после того, как была вновь проверена сеньором Афонсо. Ничего нового в её биографии не открылось.

Мать-инвалид, скромная квартира в Бананове, а также отец, давным-давно иммигрировавший в Нью-Йоркшир Терьер и, кажется, даже не осведомлённый о том, что его бывшая жена теперь передвигается в инвалидной коляске.

Марта встретила его в своей рабочей униформе – розовом халатике, белом переднике, слипонах и белых носочках. Маленькое милое создание породы йоркширский терьер стояло посреди гостиной, держа в лапах пипидастр, и испуганно смотрело на вернувшегося хозяина дома.

– Привет, Марта, – поприветствовал её Тузейло, вешая пальто на вешалку.

– Здравствуйте, – тихо и почему-то виновато ответила Марта. – Ужин готов.

– Благодарю, Марта.

– Я пойду приберусь на втором этаже, хозяин…

Слово «хозяин» изрядно резало Тузику слух. Его едва не передёрнуло.

– Хорошо, Марта. Я позову тебя, если мне что-то понадобится.

Вооружённая пипидастром горничная упорхнула вверх по лестнице. Тузейло тряхнул головой, посчитав, что таким образом слово «хозяин» вылетит обратно через уши, и направился в столовую.

Его ожидали приличного вида стейк, салатно-овощной микс и бокал красного вина. Вино Тузик не любил, но Марта пока этого не знала. Наверное, хотела как лучше.

Стейк оказался средней прожарки, чуть с кровью, как Тузику нравилось. А с соусом чимичурри мясо оказалось просто божественным. Даже вино, которое он не сильно жаловал, пилось с охотой и оставляло приятное послевкусие. Тузейло отметил, что Марта смогла сделать так, чтобы он наслаждался ужином, а не просто набивал себе живот, как на протяжении всей последней недели.

На сердце потеплело. Теперь дома его не только ждут, но и вновь вкусно кормят. Пусть даже и за деньги, в отличие от Аниты.

– Десерт, сеньор? – В дверях появилась Марта с подносом печенья альфахорес, латиноамериканского аналога макарун. – Сама пекла. Простите, я забыла: кофе или чай?

Тузейло ответил не сразу. Его грудь будто сжало в тиски. Случилось это сразу, как только Марта вошла в столовую.