Поток

Между внешним и внутренним кольцами освещения несла караул дюжина воинов.

К ее удивлению, они направились не в один из шатров, а к большому костру в центре лагеря. Там, прямо на земле, сидел Димитрий в окружении нескольких суровых мужчин и Уинстон, который, впрочем, не участвовал в их приглушенной беседе, уселся чуть в стороне и рассеянно начищал металл на своем кожаном доспехе, оставшись в одной рубашке, такой же чудной, как и его штаны. Увидев Ричарда, вынырнувшего из темноты, он поднялся и пошел навстречу.

– Мелони, как ты себя чувствуешь? Тебе лучше? Ричард запретил кому-либо тебя беспокоить и не пустил в шатер даже меня. – Он бросил раздраженный взгляд на Ричарда, который уже успел присоединиться к Димитрию, и снова улыбнулся Мелони. – Впрочем, судя по тому, что ты на ногах и отлично выглядишь, он был прав. Как всегда.

– Мне намного лучше. Видимо, я просто очень устала. Я благодарна вам за спасение и за заботу. – Мелони очень старалась, чтобы голос ее звучал мягко и радостно, но чувствовала, что он все равно звенит как натянутая струна.

– На нашем месте так поступил бы любой. – Озабоченное выражение, появившееся на лице Уинстона, успокоило девушку и сказало о том, что он ничего не заметил. – Для меня радость – помогать тебе. – Он потупился на секунду, видимо, сказав не совсем то, что хотел. – Как и для любого в отряде.

Она улыбнулась в ответ, обернулась и встретилась взглядом с Ричардом, стоящим за спиной Димитрия с лицом заботливого дядюшки и внимательно наблюдающим за ними.

– Мелони, – из раздумий ее вывел спокойный и более низкий, чем у Уинстона, голос Димитрия. – Мы бы хотели задать тебе несколько вопросов, если ты не против. – Он указал на окружающих его людей. – Это командиры моего отряда: Хорос, Франкус, Герард, Бон и Деврод. Ричарда и Уинстона ты уже знаешь.

Взгляды пятерых мужчин устремились на Мелони, и она опять ощутила себя одинокой и беззащитной в этом чужом и враждебном месте. Димитрий жестом предложил ей сесть напротив и принялся засыпать вопросами. Он спрашивал, кто она, откуда, где живет и много ли людей в их поселении. Спрашивал о нападавших: знает ли она, кто они такие и откуда. Иногда вопросы задавал Франкус, высокий, ростом почти с Димитрия, но худой или даже скорее сухой, как палка.