Я – не заморыш

Не помню, как я барахтался в утробе матери, но… запутался в собственной пуповине. Про это я услышал лет в пять, когда между собой разговаривали соседские тётки. Я тогда смотрел на свой пупок и не представлял, как можно в нем запутаться. Оказалось, пупок – это не пуповина. Ну плавал я плавал в маминой утробе, как космонавт в невесомости, и запутался. Пуповина, которая вовсе не пупок, обвилась вокруг моей шеи.

Представить это трудно, а выпутаться вообще невозможно. Короче, пришлось извлекать меня на свет божий другим путем.

Это называется – кесарево сечение. Ну, подробностей не будет. Это вообще для категории «18+», а мне, напомню, только 14 лет. Вот так я появился на свет. Это случилось 14-го марта. А могло бы произойти 13-го. Но решили, что несчастливое чило «13» – это для кесаренка будет перебор, потому придержали меня…

Назвали меня Кириллом – в честь деда, понятно. Молоко у мамы от переживаний пропало. Это я почему знаю? Да старшие рассуждали обо мне: он чахленький такой, потому что молока детского не видел.

Искусственник…

Я как родился чахлым заморышем, так и живу. С первого класса на уроках физкультуры, когда все выстраивались в одну шеренгу, я был последним. Ну или предпоследним. Мы с рыжим Дениской были одного роста и каждый раз менялись, чтобы не было обидно. У него кликуха была и есть – Рыжий. Ему больше повезло. А я – Заморыш… Но это, может, не потому что искусственник, отравленный зубрежкой и придорожными выхлопами, а потому что такая генетика. Так, кажется, выражается биологичка Наталья Анатольевна – моя классная руководительница.

У бати дефицит веса – и у меня тоже. Реально именно из-за этого отца в армию не взяли, а не потому что он косил от службы.

Кстати, про отцовские гены. Он же у меня высокий, потому и маме понравился. А я до класса пятого был самым маленьким, даже Рыжий меня обогнал. Но потом батины гены проснулись, и я так попёр в рост, что к девятому классу стал самым длинным в классе. Но вот кликуха Заморыш осталась. Конечно, лучше бы – Длинный, но…

А когда я ещё родился, досужие тётки, мамины подружки, которые вовсе и не подружки, говорили обо мне:

– Он кесаренок, да ещё искусственник.

Ну что ты хочешь? – как бы успокаивали они мою маму.

– Кесарята – они гиперактивные и слабовольные. Потому что трудностей изначально не испытали, – поясняла маме незамужняя тётя Галя, которая медсестра.

Я, когда начал чуть-чуть соображать, задумался сначала про гиперактивность. Знал, что такое гипермаркет.