Я – не заморыш

Выйду на самого военкома!

Короче, связался заведующий МТФ с каким-то военкоматским, чтобы отмазать батю моего от армии. Хотя папа реально тогда болел желудком и был у него дефицит веса, я ж говорил. Но отмазывать всё равно надо было.

Знакомец Трофимовича оказался не военком, а всего лишь толстый прапорщик из этой конторы. Короче, переложил он, этот прапорщик, папину папку с документами куда следует. Точнее, куда не следует, ну и про него, про моего будущего батю, военкоматские как бы забыли. Понятно, что и завфермой, и военкоматский прапорщик помогали скотнику отмазать зятя от армии не задарма.

– Значит, так. Выходишь в ночное дежурство, – дал распоряжение моему деду Трофимович. – Двух тёлочек красно-пёстрой породы выведешь через задние ворота. Там будет ждать тебя машина. Твоё дело погрузить животину и держать язык за зубами. Сам понимаешь, это лично для военкома, у него в степях брат-фермер скотину держит.

Дедок мой Кирилл, вечно выпивший, пошёл ночью на ферму по-трезвому и вывел оттуда двух тёлочек.

В условленном месте, за скирдой соломы, ждала «буханка» – это «уазик» типа «скорой помощи». Два ведущих моста – я сейчас разбираюсь. Прёт по полям, по пустырям как танк!.. Ну, сейчас не об этом. Короче, погрузили двух тёлочек в эту самую «буханку». А моему деду и говорят мохнатые мужики с золотыми зубами:

– Эй, зоотехник, давай ещё одну тёлочку… Это между нами, никому не болтай.

Дедок мой был простым скотником, а не зоотехником. Потому он даже загордился, когда его так назвали.

Зоотехник же на ферме тоже большой начальник! Потому дед и пошёл за третьей тёлочкой – опять же долги за дочкину свадьбу не все отдал.

Мохнатые с золотыми зубами тут же рассчитались за третью «лишнюю» телку. Правда, чуть не доплатили – сказали: «Потом…». Всё вроде прокатило спокойно…

Трофимович списал, понятно, двух телочек как падёж. То есть что они издохли. А что тут такого – скот на колхозных фермах, бывает, дохнет, это люди умирают. Хотя не все – некоторые дохнут.

Дед мой скотник Кирилл – умер. Только успел расплатиться с долгами – и тут же разрыв сердца. После того, как «таблетка» увезла трёх красно-пёстрых тёлочек мясомолочной породы в голую степь. Там жили в основном чабаны, к которым милиция, тогда она так называлась, в одиночку не совалась. Но она, милиция в виде помощника участкового, молоденького сержанта, разведала про угон скота всё. (Этот участковый, уже в чине, возникнет ещё в нашей с мамой жизни).