Заражение

Стрелки их компасов указывали прямо противоположные друг другу направления.

– Любопытно! – просветлел академик. – Значит, всё-таки какая-то аномалия тут есть! Когда это началось?

– Невозможно определить, – покачал головой ученый, – дело в том, что это происходит с компасами не всегда. Они-то работают исправно, то начинают показывать чушь, причём не всегда оба, зачастую шалит только один из них, причём всегда разный. И отклонения выдаются тоже различные, без какой-либо упорядоченности. И это – единственное, что вызывает интерес.

Никаких других аномалий или отклонений в этом районе нет.

– Значит, мы их ещё не нашли! – В глазах Лаврентьева уже пылало пламя полубезумного научного энтузиазма. – Здесь что-то есть, Николай Семёнович, а раз есть, то я обязательно это разыщу!

Он энергичным шагом подошёл к одному из ассистентов и потребовал освободить себя от скафандра. Едва избавившись от неуклюжего одеяния, академик энергично потёр руки и устремился к стоящему в углу палатки небольшому походному письменному столу.

Усевшись на раскладной стул, Лаврентьев выхватил из рук подоспевшего помощника ручку и бумагу и принялся писать.

– Николай Семёнович, голубчик, – заявил он, не отрываясь от написания, – вы сегодня же выезжаете вместе с образцами в город. Полетите в Москву и отвезёте в Академию наук моё письмо. Необходимо проведение гораздо более тщательного исследования этих мест! Я остаюсь здесь и завтра же займусь болотом. И если мне удастся найти в этом хоть малейший смысл, я буду требовать его полного осушения! А пока вся надежда на военных.

Благо к нашему везению тут неподалеку расположен строительный батальон, оснащенный всем необходимым для поисков. Будем искать кратеры от падения метеоритного потока! Что-то должно было остаться, не могло же испариться все без исключения!

Академик некоторое время излагал свои планы, размашисто черкая ручкой по бумаге, после чего велел помощнику запечатать письмо, позволил ассистенту надеть на себя меховую куртку и шапку и выскочил из палатки, на ходу подзывая к себе ближайшего из солдат:

– Молодой человек! Да, да, вы! Будьте любезны, подойдите-ка сюда! – Лаврентьев пошарил вокруг взглядом, но затянутые в ОЗК военные были все на одно лицо.

– Рядовой Сомов! – прогундосил через противогаз солдат, отдавая ему честь.

– Вот что, товарищ Сомов. – Академик вздрогнул от порыва ветра и накинул поверх шапки капюшон от куртки.