Корпорация

Пока механический противник разворачивался и принимал боевую стойку для следующего раунда, майор бросил взгляд на потолок. Серая тряпка висела, прицепившись за остатки какого-то потолочного крепления, и с любопытством наблюдала за происходящим.

За прошедшую неделю мышонок заметно подрос – увеличился вдвое, занимая площадь уже двух ладоней. Так как никто понятия не имел, чем его надо кормить, после недолгих рассуждений в лаборатории изготовили немного кислоты, которой пользовались тараканы-мутанты для растворения своей пищи, и предложили ему вместо молока.

Оказалось, что кислота мышонка вполне устраивала. Он довольно быстро выпил зелёную гадость, тщательно вылизал чашку, немедленно взобрался майору на сердце и тут же уснул. Воспользовавшись удобным случаем, Серебряков-младший устроил целую эпопею различных проб и проверок, подвергнув спящего зверька воздействию бесчисленного количества анализаторов и сканеров, производивших спектральные, термальные, радиологические, электромагнитные и чёрт ногу сломит с этими учёными какие ещё замеры. Оказалось, что мышонок абсолютно не радиоактивен. Более того, виртуальный учёный пришёл к выводу, что современные летучие мыши чем-то сродни живому аккумулятору, они поглощают энергию отовсюду, откуда представляется возможным. Именно энергия служит для них основной жизненной силой, поэтому серые тряпки никогда не упускали возможности погреться и превосходно чувствовали себя в условиях повышенной радиоактивности. Пища была для них далеко не столь критична. Серебряков предположил, что она требуется мышам в основном для роста и регенерации тканей. Как бы то ни было, но мышонок прижился, а точнее пригрелся, на груди майора и слезал оттуда редко, в основном просто полетать или на время тренировок и водных процедур. В другое время летающая зверушка практически не отставала от майора. Во время работы автоматической лаборатории мышонок любил усесться на кожух теплообменника и поглощать исходящую от него тепловую энергию. Нагревшись достаточно, он из тряпки сгруппировывался в небольшой шарик размером с грецкий орех, отращивая себе коротенькую серую шерстку и плоское круглое ухо-радар, вдвое большее по площади, чем само тельце зверька. Эта живая антенна-тарелка с интересом прислушивалась к разговорам Тринадцатого с Серебряковым-младшим. В такие моменты мышонок очень напоминал одноухого Чебурашку. Недолго думая, было решено именно так и назвать забавного зверька.