Чаша Одина

Сумарлиди знал это как никто другой, но сколько он не думал над тем, как исправить положение, ничего путного в голову ему не приходило. Небо над долиной темнело, обещая скорую ночь, и так же темно было на сердце викинга. И темнота эта становилась с каждым его шагом всё гуще и гуще, грозя затопить его без остатка.

Когда перед ним невесть откуда возник Мотсогнир, Сумарлиди даже не удивился. С усталым равнодушием смотрел норвежец на короля тёмных, и спокойно ждал, что тот скажет. Сумарлиди не удивился бы, вызови Мотсогнир его на поединок за то, что норвежец бросил его войско в самый разгар сражения, но король низовиков сказал совсем другое:

– Удача сегодня отвернулась от нас.

Но битва – это не вся война, и у нас есть шанс всё исправить.

– Как? – напрягшись, как гончая, почуявшая запах добычи, спросил Сумарлиди.

– Забрать то, что помогло смертным и светлым нас сокрушить, – ответил Мотсогнир. Норвежец горько усмехнулся.

– И что же это? Расположение эзиров?

– Ты почти угадал, – улыбнулся тёмный альв.

 – В лагере смертных находится чаша Одрёрир, из которой сам Один пил когда-то мёд истины. Именно она даёт владеющему ею власть и силу, недоступные никому, кроме разве что эзиров. Именно эта чаша позволила сегодня Льесальвхейму уцелеть.

– И ты хочешь выкрасть её? – прищурился Сумарлиди, обдумывая, зачем Мотсогнир говорит о чаше ему.

– Не выкрасть! – оскорблённый таким предположением, рявкнул король. – Эту чашу изготовили тёмные альвы Фьялар и Галар, и она по праву принадлежит нам, а не эзирам! Принадлежит мне! – взяв себя в руки, убеждённо закончил Мотсогнир.

– Тогда для чего тебе я? – пожал плечами Сумарлиди. – Раз она твоя, так иди и возьми её.

Мотсогнир разом сник.

– Я не могу. Велунд сразу распознает любого тёмного, что посмеет приблизиться к чаше. Но смертный в лагере смертных растворится, как капля воды в озере, и сможет незамеченным найти Одрёрир и спокойно вынести его.

– Спокойно? – саркастически фыркнул Сумарлиди. – Сомневаюсь, что люди этого… Ингарда будут столь беспечны, чтобы не выставить постов.

А те непременно заинтересуются незнакомцем, шныряющим среди их палаток.

– Это я беру на себя, – беспечно махнул рукой Мотсогнир. – Мои альвы отвлекут все посты на себя, и никто не помешает тебе найти Одрёрир.

– Перерыв весь лагерь? – усмешка норвежца стала шире. – Не думаю, что это получится… в разумные сроки, во всяком случае.

– Этого и не потребуется, – улыбнулся в свою очередь Мотсогнир.