Недостройка

– Давай подробности! – это уже чуть ли не коллективно сказали трое-четверо.

– Ну вот была такая Катя Савина, помните наверно? (народ закивал, что да, конечно). «Приходите вчера» самая известная из её работ, так вот – отказала она Пынину… ну да, тому самому, а он так обиделся, что перекрыл ей дорогу на экран.

– А ещё обратный пример хотелось бы, – настаивал Мыльников.

– Могу и обратный, запросто… Белобрысикова все свои роли (ну не все, но большинство) получила, потому что ни в чем не отказывала Гераськину.

Еще школьницей причём, она в 16 лет в кино пришла.

– Даааа, – выдохнул народ.

– А Пугачёву видел, общался?

– Кто ж её в Останкино не видел… про эту хабалку мне что-то совсем говорить не хочется.

– Почему это?

– Суперзвезду из себя корчит, а на деле обычная вздорная баба с дикими амбициями. По десятку дублей, помнится, приходилось записывать, пока она во все ноты не попадет.

Разговор об Останкино на этом как-то сам собой увял, а вместо этого начали расспрашивать киевлян про Тарапуньку со Штепселем и про Софию Ротару.

– А чего Тарапунька? – переспросил Богдаша, – помер он, в прошлом году и помер. А один Штепсель двоих конечно не заменит. А Ротару больше в Москве живёт, хотя у неё есть квартира и в Киеве, на Крещатике.

– А что, каштаны на Крещатике по-прежнему цветут?

– Куда ж они денутся. Только это не те каштаны, которые есть можно – там специальные сорта выращивают в питомниках.

– А киевские торты всё ещё продают?

– Да, только очередь надо занимать с утра… мне, если честно, они не очень нравятся, слишком сладкие, – на этом Богдаша и закруглил вечер расспросов и воспоминаний.

Хвынтокрыл

А на следующий день мы опять продолжили свои бесконечные поездки в Халактырку, без киевлян, у них своя какая-то программа была, один только раз с нами съездил Богдаша. Вертолёты, стоявшие на поле, он сразу же обозвал по-своему хвынтокрылами, нам это название очень понравилось.

Хвынтокрылы по-прежнему так и стояли, уныло уронив лопасти, и нас они никуда везти не хотели. С понедельника по среду включительно не хотели, а в четверг что-то тяжёлое, видимо, сдохло в лесу, потому что сразу же по приезду, время где-то около полудня было, из диспетчерской выбежал взволнованный Петрович и заорал, что МИ-8 ждёт не дождётся наших грузов, погнали загружать.