Я твой пятый элемент

– Милая моя! – выражая крайнее удивление искусственного фона, Павловна округлила и без того огромные глаза. – Вчера уже перечислили! Лично я получила, а значит, и остальным перечислили! Мне приходят деньги на карту в последнюю очередь!

– Нет, не нам лично, я тоже в банкомате сняла, – приняв за личное оскорбление надменность начальницы, Лена понизила тон, обиделась, – тем вон, – неловко, стыдясь, склонила голову в сторону окна.

Словно подтверждая ее правоту, на стройке запела циркулярка.

– А какова общая сумма? – маленькая атмосфера напитались строгой деловитостью.

Скоренько пробежалась глазами по принесенным бумагам. На лбу Павловны образовались толстые складки кожи. Женщина всегда безошибочно носила в голове данные о количестве работников и их окладах и сейчас без труда подсчитывала, полагающееся каждому из них.

– Завтра сделаешь, – посоветовала Павловна, не желая больше отвлекаться. – Зачем вообще эту мелочь переводить? На сигареты им, что ли не хватает? – шутливо извинилась перед Створовым за прерванный разговор.

– Профсоюз…, – не отступала Лена.

– М- и- л- о- ч- к- а! Прошли советские времена и профсоюз будет делать то, что мы ему скажем. Они ведь все получили, – резко повернувшись к Лене спиной, дала понять, что разговор окончен.

– Разве ей не помогают все «наши» сотрудницы? – добродушная улыбка не сходила с лица Створова.

Собеседники оглянулись. Вокруг сновало множество девушек, по большому счету, с недовольными лицами. И подобное состояние не было мимолетным, а являлось их постоянной маской благодаря долгому ношению, успевшей превратиться в истинный облик.

Сотрудникам никто не наносил обид, также не находилось причин, способных вызывать раздражительность или злость. Виной всему служил негласный, а потому непререкаемый закон: за рабочим столом изображай ум. Прежде всего – усиленная работа мозга, и неважно – сошелся ли на мониторе пасьянс «косынка» или провалена смета нового завода; в остальное время – озадаченность, подкрепленная недовольством, упущенной возможностью сделать больше, выйдя за рамки служебных обязанностей.

– Так-то оно так, – тяжело вздохнула женщина, – да вот только они ничего сделать не могут. Стеснительная. Прямо спасу нет. Уж сколько раз велись об этом разговоры. Но сейчас еще что? Попривыкла. А раньше, так вообще, сплошные слезы…

– Уверен, у Вас вскоре все получится, – Сергей еще раз взглянул на девушку. – С такими учителями у вас, Рита, просто нет выбора.