Мир пустых Горизонтов

Где бы ни пересекался барьер там наверху, здесь оно всегда одно и то же: октагон площадью пять тысяч метров квадратных. Сейчас оно под жёсткой охраной, чтобы подвыпивший турист не плавал в Море Мечты без скафандра. В обратную сторону правило транспортировки не работает: выкинет за барьером в любом месте окружности.

– Да-да, поэтому приходится держать курсирующий по периметру флайер для подбора туристов, – встрял Фаррет.

– А если преодолеть барьер на том же флайере?

– Проделали однажды и такое.

Джон опять подал голос, мол, я не только деловой человек, но и учёный.

В недалёком прошлом.

– Я расскажу. Выше двух тысяч метров над поверхностью Луны летай, борозди, любуйся красотами естественного спутника. Всё натурально. А ниже… Бац и мы уже на Горизонте, висим над равниной словно на нитке на уровне тридцатого этажа. Флайер неподвижен, заглушен. Вокруг как за миллиард лет до нас, так и через миллиард после – пустота. Где мы, куда идти, куда лететь? Да и полетим ли? Струхнули малость, было, но маячок сбросить не забыли.

Завели двигатель, стали вертикально подниматься. Где-то на отметке в шестьдесят километров нас выкинуло над поверхностью Луны по тем же координатам входа. В пансионат вернулись через пешеходный портал.

– Джонни прав. Это была единственная попытка. Впоследствии, я искал маячок, и мне удалось поймать его сигнал. Это было в тот раз, когда я удалился от базы на тысячу вёрст. Зашёл за отсечку и сразу услышал маяк. Простой расчёт показал расстояние до места, так сказать, воздушного перехода на Горизонт в одну тысячу девятьсот километров.

Сомов замолчал, но, увидев, что Раховски хочет задать очередной вопрос, продолжил:

– Вы упомянули о простейших опытах… Понимаю скрытую подоплёку этой формулировки, но вы, сами того не желая, определили принципы моей работы. Если они вас интересуют, мои принципы, я объясню.

Здесь, больше, чем где-либо, нельзя напролом ломиться сквозь неизвестность; здесь ухарская инициатива, скороспелая масштабность опасны; здесь известное правило «не навреди» относится, прежде всего, к самим себе; здесь надо начинать с простых физических опытов из школьной программы.

А дальше, идти шаг за шагом. Понимать, что работает, что не работает; что разрешено, а что пока нет. Собирать информацию, анализировать, искать ответы на вопросы: кто и зачем нас здесь ждал.

Фаррет не сводил глаз с Сержа. Похоже, он впервые слышал откровения учёного друга.