Антем вечности. Книга первая. Аппроксимация

Вечный полумрак действительности, зяблых и убогих нижних уровней лишь изредка, при самом ярком солнце, можно было назвать серым «днем», настолько мало света доходило до поверхности земли, усеянной мусором, свалками и покосившимися хибарами, в этом городе южной Африки. Именно здесь, граница между эпохами проходила особенно ярко. Наивно полагать что средневековье и двадцать второй век разделяют семь сотен лет, их разделяют сто метров высоты. Вроде бы едешь из космопорта по скоростной магнитной магистрали на своем ховере, пару раз повернул не туда, и вот, ты уже видишь не то, как современные дроиды готовят космический корабль к взлету, а как голодные ребятишки в рванье готовят к употреблению в пищу забитую камнями кошку.

Законы Конфедерации просто физически сюда не доходят.

Грязь, рвань, экскременты, плешивые, блохастые животные, полуразложившиеся трупы случайных жертв перестрелок уличных банд, закладки наркотиков, полуголые проститутки, вот он, Йоханнесбург. Деньги, кровь, смерть, наркотики и еще раз деньги, еще раз кровь, еще раз смерть и еще тридцать три раза наркотики.

В жилом кластере промышленного района, свечки многоквартирных модулей соседствовали с многоярусными блоками большого автомобильного завода. Четыре таких высоких дома-цилиндра, протянувшихся на пару километров ввысь, через каждые полста этажей соединялись между собой арочными трёхэтажными переходами с закусочными, маленькими магазинчиками, аптеками и игровыми центрами.

Тысячи похожих друг на друга квартирок, разделённых тонкими перегородками, населяли рабочие завода, продавцы и официанты, получившие от властей Конфедерации, свои жалкие сорок квадратов жилплощади сироты да пенсионеры. Все те, кто пусть и сводил концы с концами и не хватал звёзд с неба, но мог похвастаться относительно приемлемым уровнем жизни в современной Южной Африке.

Звуки взрывов и протяжные визги бластеров из колонок домашнего кинотеатра заполняли своим грохотом маленькую квартирку.

Наслаждавшийся старым художественным фильмом, сидевший в игровом кресле за тонким словно лист бумаги, монитором персонального компьютера, кучерявый паренёк, увлеченным взглядом темно-зеленых глаз, наблюдал, как на фоне черноты космоса рассыпается строй странных, очень грубых и нелепых крестообразных истребителей. Невыразительное бледное лицо, маленький нос в веснушках, тонкие детские брови… пареньку было лет двадцать.