Варенье наизнанку и максимум козы!

И тут Анька решила меня зацепить по-серьезному:

– Хочешь со звездой Бинна познакомиться? Ты – красавчик, ей понравишься! – И повернула голову к Нате: – Нат, можешь ей еще раз позвонить? Ну, предложить знакомство, типа вслепую? С классным русским парнем!

Анька не только меня на вшивость проверяла, но, похоже, и себя решила подзавести. Она ж меня весь год осторожно добивалась, а я так и не сдался, не дал ей возможность называть меня «своим парнем». И хорошо, что ее настоящий парень, крутой Колька Павшин, до моего возвращения в класс невольно помогал мне держать удар.

А Анька-то и с ним крутила с явным намеком на то, чтобы мне досадить. Красивая остроносая брюнетка. Знающая себе цену Анька Орловская.

– А он сам захочет? – уколола меня взглядом Ната Пак. – Кстати, здравствуй! Меня Натой зовут.

И она протянула мне руку.

Я пожал девичью руку, которую нежной не назвать – жесткая хватка лапкой хищной птицы… только без когтей.

Я представился.

– Слышала, что ты – крутой скейтер, – сказала Ната Пак… и посмотрела на мою сестренку.

 – А ты, значит, его сестра Сандра.

– Здрасьте, – сухо кивнула Санька. – Она самая. Некрутая скейтерша без красного пояса по тхэквондо.

Кто бы знал, какой скромной может казаться и моя сестренка-фурия!

– Но такая отчаянная! – хихикнула Ленка, Анькина подружка.

Ната снова посмотрела на меня, потом – на Саньку… и умело так, без всякого такого, признала:

– Без обид, но вы – просто два крутейших клона! Наверно, вы и мысли друг у друга легко читаете.

И передаете их друг другу.

Я все-таки чуток обиделся, поскольку всегда считал свою сестренку настоящей северной красавицей, а себя – так себе. Волосы у Саньки оттенка спелой пшеницы, с крупными такими завитушками. От пряди вызывающего цвета манго уже отказалась полгода назад. Глаза – утренних небес, но как бы с дымкой. Что-то даже скандинавское мне виделось, какое-нибудь исландское… Такой сестрой только гордиться и беречь ее как зеницу ока! Ну да, одевалась она всегда как пацан, под брата, то есть меня – джинсы у нас одинаковые.

Кроссовки и бейсболка у нее только чуток поярче. Модницей никогда не была. Платье, юбка – только на папины и мамины дни рождения, по уговору с ними. Ну и что? Все равно никакие мы не клоны!

А Санька, к моему облегчению, совсем не обиделась.

– У нас папа – физик. Он говорит, что у нас с братом – квантовая запутанность. Так что телепатия – это еще фигня.