Шанс

Несколько секунд Артур не отвечал на Гретин вопрос, смеясь вместе с ней. Он хотел все эти мысли донести до нее, но все же промолчал и вместо этого сухо ответил:

– У тебя уверенная и строго прямая походка, словно ты рубаха-парень.

Гретина улыбка мгновенно сменилась постановочной грустной гримасой, увидев которую Артур всегда был готов мгновенно уступать ей в любых вопросах.

– Не-е-е-т, – протянула она, – я так не хочу-у-у. Не хочу быть кибальчишо-о-о-м.

Гретина интонация струилась как вода, без которой все живое умирало от обезвоживанья, и в первую очередь высыхал Артур. Долго не слыша этих нот, он всячески ухищрялся выудить их из нее, отвечая на поставленные вопросы не так, как ожидала Грета. А она в свою очередь в любых ситуациях знала, как добиться нужного ответа от Артура. Грета просто включала свой мелодичный мотив, и тогда Артур начинал слышать звучание характерного голоса, который мгновенно завораживал и топил его в чарующей тональности.

– Хорошо-хорошо, мальчик-с-пальчик, я тебя понял. Никаких мальчишей-кибальчишей, – Артур рассмеялся еще сильнее.

– Ум-м-м… – сжав чопорно губы и насупившись, Грета еще сильнее выразила недовольство.

– Опять не нравится? – сдерживая смех, спросил Артур.

– Не-е-т, – Гретин голос звучал с такой грустью, что Артур готов был весь мир постелить у ее ног.

– Ну, тогда я буду звать тебя Снежная королева! – с долей восхищения произнес он.

– Какая еще «Снежная королева»? – комично возмутилась Грета.

– Твое сердце иногда веет холодом и тоской, а путь к нему порой непреступен и просто недосягаем для меня. Ты держишься так надменно, что я порой задумываюсь, где же твой трон, – Артур натянуто улыбнулся.

– Не драматизируй, – нахмурив брови, успокоила Грета. – Не характеризируй меня по отдельным моментам, где у меня не было настроения.

– Пусть будет так, мальчиш-плохиш, – подавляя в себе смех, согласился Артур.

– Ну-у-у… – воскликнула Грета и сценически жалобно продолжила: – Все, я так не играю.

Гипнотизирующий острый взгляд Греты не оставлял шанса на самообладание, склоняя поддаться невидимому приказу.