Женщина с глазами кошки

Но говорить об этом журналисту плохая идея, хватит и того, что я знаю. Между прочим, яд был медленно действующий, дозировку рассчитали с точностью до минуты. Дали его пилотам в аэропорту, потому что во время полета они ничего не пили – нет грязных чашек ни в кабине, ни в отсеке стюардессы. Да я бы и заметила, если б девушка заходила в кабину, с моего места это было отлично видно.

Эдвард о чем-то размышляет, глядя на экран.

– А может, пилот сам сбросил горючее, зная, что таким образом дает нам шанс?

– Может, и сам.

Но давай договоримся: остальным мы это все не расскажем, ладно?

– Ты права… А ты умная женщина, Тори Величко.

Я и без тебя это знаю, парень. Только лишь надеюсь, что нынешнее безобразие – не твоих рук дело.

2

В салоне висит напряженное молчание. Старик Брекстон раздраженно сопит, его азиатская орхидея по-прежнему медитирует, а Хиксли сидят, отвернувшись друг от друга. Когда я вижу мамаш, подобных Мерион, сразу начинаю радоваться тому, что у меня нет матери. Думаю, Джейк бы мне позавидовал, несмотря на кучу денег у своего семейства и знакомство с сенатором Трессоном.

– Вам удалось что-то узнать? – спрашивает Фрэнк Брекстон. – Какие новости?

– Компьютер умер насильственной смертью. – Эд не зря журналист, врет как по писаному. – Но если верить приборам и нашим исчислениям, то мы где-то в Колумбии или в Перу. А может, в Эквадоре, выбирайте, что больше нравится. В общем, где-то в этом районе. Вот и все.

– Не может быть! – Мерион Хиксли даже подпрыгнула на месте.

 – Мы вылетели из Майами и по времени должны были быть вблизи Ла-Паса. Мы что, кружили в воздухе? Как такое могло случиться?

– Не знаю. Я сказал все, что сумел понять. Очень надеюсь, что мы все-таки в Перу.

– Почему же?

– Потому что в Перу сейчас не ведутся боевые действия.

– Господи… – Мерион испуганно дернулась. – Какие еще боевые действия? Что вы имеете в виду?

– Только то, что в банановых республиках живут слишком горячие парни, которые никогда не бывают довольны правительством.

 – Эд ухмыляется. – Как только очередной диктатор пристраивает свою задницу в президентское кресло, тут же появляется новый претендент и начинается вооруженный конфликт.

– Дикари!

– Может быть, вы и правы, но точно известно только то, что здесь ни у кого нет стремления к миру во всем мире. Здешние мачо любят войну, она их развлекает и дает возможность самоутвердиться.

– Какие глупости вы говорите! – Брекстон злобно хмурится.