Ратибор и Ода. Третья книга

Твой отец теперь у меня в долгу.

– Я знаю того, кто тебе за поругание жестоко отомстит.

– Ха! Вальдир? Так значит, это правда. Ты до сих пор путаешься с ним, нарушив клятву и приказ отца. Но твой любовник на помощь не придёт. Он мёртв.

– Ты лжёшь!

– Не лгу. Но хватит слов. Пора за дело!

Хельги набросился на молодую мать. Словно почуяв недоброе, громко заплакал Харальд. Адель сопротивлялась, как могла – из последних сил. Она разбила ярлу губы и поцарапала лицо. Но сама получила мощный удар кулаком в лоб и на мгновение потеряла способность к противостоянию.

Но вожделениям Хельги не суждено было сбыться. Дверь отворилась и спальню озарил свет факелов.

– У-у-у! Кто посмел?! – Хельги соскочил с кровати, завязывая ремень штанов. – Хёрд?

На пороге стоял старый учитель Ивара, а за его спиной два воина с оружием в руках и два – с факелами.

– Что здесь происходит? – вопрос был задан строгим Хёрдом.

– Здесь? – хитрый Хельги сразу же нашёлся. – Насильника в спальне жены своего брата я застал.

– Насильника?

– Да! Это был Вальдир. Хотел он обесчестить Оду, но ему я помешал, вовремя на помощь прибежав.

– Он врёт! – Ода немного очухалась и сидела на кровати, прикрывая остатками ночной рубахи своё нагое тело.

– Не слушайте её. Она не в себе от побоев ярла Хедебю. Он был тут – и вот вам доказательства. – Он показал кровь на своём лице. – Я выбил из его руки нож. Можете проверить. Вот он на полу. Если помнишь, Хёрд, на турнире в Уппсале в качестве приза ему его вручили.

Хёрд поднял кинжал и прочитал руны на лезвии:

– Вальдир.

– Вот видишь, славный Хёрд, я правду говорю.

– Куда он подевался?

– Кто?

– Вальдир.

– Наверно, убежал. Я не помню точно. Он необычайно ловок, этот наш берсерк, впрочем, как все ученики достойнейшего Бальдра. Я получил удар по голове и потерял сознание, упав в беспамятстве прямо на кровать.

– Угу, – Хёрд усмехнулся, – и от его удара даже ремень на твоих штанах сам собою расстегнулся.

– Не знаю, может быть и так, – Хельги непроизвольно стал ощупывать штаны в районе пояса и чуть ниже.

 – Возможно, что он, увидев, что я отключился, хотел меня вместо себя подставить. Чтобы отомстить за то, что я помешал ему задуманную гнусность совершить. Это преступление, достойное берсерков, у которых нет ни отца, ни матери, ни совести, ни чести. Мне стыдно, что он, как и я, носит звание ярла.

– Ну, ты и мразь! – Ода качала головой, глядя на Хельги и кусая губы.