Капсулёр

У дронов довольно короткая зона действия. Но в том то и дело, что у Клима свобода манёвра отсутствует напрочь. Ещё в самом начале бегства нужно было или выходить из боя в сторону основных сил противника, а там нагло расстреливали все капсулы подряд, или прятаться в стене искажённого поля, полусферой накрывающего место схватки.

Клим выбрал второе, тут была хоть какая-то надежда на спасение. Сквозь плотный строй чужих крейсеров, он бы точно не проскользнул незамеченным. А эти ублюдки свободно убивали капсулёров!

Тоннель плавно сузился, сократив и без того минимальную возможность уклонится от следующего залпа.

Нужно торопиться, чтобы дроны не застали его в этом беспомощном стоянии. Гладкие жёлтые стенки, окружившие капсулу, на самом деле не видимы для человеческого глаза – это бортовой искин любезно подкрашивает их с помощью графики дополненной реальности. Чтобы пилот мог хоть как-то ориентироваться. Узкий проход начал плавно выгибаться, всё чаще попадались резкие повороты. Сигнатуры преследователей пропали с радарной сетки. Вроде оторвался.

По скоростному пилотированию в сложных условиях у Клима твёрдое «отлично». Однако, он не расслаблялся ни на секунду. Преследователи потерялись в переплетениях тоннеля, но вряд ли отказались от погони. На одном из сложных виражей Клим «выбросил» первую мину. Та подождала пока хозяин покинет зону срабатывания и встала на боевой взвод, запустив слабый генератор маскировочного поля.

Искин отметил точку сброса, чтобы разминировать опасную штуку, если пилот надумает выбраться обратно.

«Когда» – поправил себя Клим. – «Не если, а когда надумает выбраться»

Ему, как и любому молодому человеку, не хотелось даже думать о возможной гибели. Он всегда был уверен, что несчастные случаи бывают только с другими людьми.

Излом тоннеля постоянно усложнялся. Наконец капсулёру стало настолько сложно не вляпаться в стенку, что он и помыслить не мог выставить вторую мину. Всё внимание поглотил пилотаж. Однако, скорости Клим так и не сбросил.

Вереницы поворотов мелькали перед восприятием, словно картинки калейдоскопа. Будь он сейчас в обычном ложементе и лоб бы покрылся испариной, застилающей глаза, а руки начали подрагивать и скользить по рукояткам.

Но капсула выгодно отличается от пилотского кресла. Центральная нервная система организма напрямую связана с управлением корабля – кабелями нейрошин. Тело пилота во многих местах проткнуто шунтами, передающими импульсы на уровне рефлексов.