Хроники Януса

Мне очень хотелось узнать кто будет влиять на мою работу.

– Я буду обязан сенатору, – сказал я, – если он приоткроет для меня завесу тайны и назовёт имя…

Он остановился и повернулся ко мне. В его холодных глазах блеснул огонёк, а губы растянулись в хитрую улыбку.

– Ты не догадываешься?

Я открыл рот…

– Рассмотрение твоей кандидатуры не вызовет долгих споров, – сказал Папирий. – Я имею достаточный вес в сенате. Даже мои недруги, прознав о том, что ты сделал для Рима, не будут возражать. Утверждение в народном собрании пройдет быстро.

Я не верил своим ушам.

– Это награда за твоё усердие, – добавил Папирий.

– Почему я?

– Потому, что ты это заслужил.

Я смотрел на него растерянно, так и не придя в себя от услышанного.

– Но это невозможно, сенатор. Это будет нарушение закона. Мне тридцать пять, а возрастной ценз для претора не меньше сорока.

– Это так, – ответил Папирий. – Но, учитывая твои заслуги перед отечеством, сенат сделает исключение.

Он вдруг взял меня за плечи.

– Это высокое доверие, которое сенат оказывает тебе, и это моё личное доверие. Я хочу доверять тебе. Доверять тебе как сыну, понимаешь? – Он испытывающе смотрел мне в глаза. – Что ты скажешь?

Не скрою, я был очень взволнован.

– Это великая честь для меня, но…

– Но?

– Мне нужно подумать.

Он отпустил руки.

– Тебя что-то смущает?

– Да, сенатор. Я думаю о работе, которую я оставлю. Она дело всей моей жизни. И я думаю о тех, кто рядом со мной, и о тех, кого уже рядом нет.

– Тебя смущает только это?

– Нет, не только. Но это в первую очередь.

Он улыбнулся.

– Не думай, что работа претора будет легче работы старшего советника тайной службы. У Рима есть враги и друзья. Есть враги, которые притворяются друзьями, и наоборот. Твой опыт и знание людей пригодятся тебе. И не думай, что твоя прежняя работа останется без преемника. Рим не оскудел на людей чести.

Я отвёл взгляд, собираясь с мыслями.

– Сенатор, если такое доверие оказано мне, я буду обязан его оправдать…

– Несомненно.

Я подумал, что мог бы согласиться тут же, прямо сейчас, если бы думал лишь о карьере или положении в обществе. Но я не мог этого сделать. Мне нужно решить где я больше принесу пользы: на моём нынешнем или будущем месте… и, повторю, я был взволнован.

– Сенатор, это не вопрос чувства долга, а лишь вопрос оценки себя.