Николай Негодник

– Разбавляют, наверное, – поддакнул Тимоха, но протянул емкость за второй порцией.

А после третьей в мудрую голову волхва пришло озарение:

– Слушай, Николай свет Васильевич, а чего нам самим-то дерьмо выпаривать, которое ты порохом именуешь? Мешок, а мешок, сможешь порох достать? Много?

– А его едят? – донеслось из кармана.

– Еще как едят. Тимоха, подтверди.

– Что, опять новые снадобья на мне испытывать?

– Надо, Тимофей, надо. А я тебе потом сапоги новые куплю.

– Со скрипом?

– Ага, и с серебряными подковами.

– Тогда ладно, – согласился домовой и вопросительно взглянул на Николая: – А какой просить-то? Который вкуснее?

– Пробовать нужно, – Коля пожал плечами. – Давай начнем с охотничьего, с бездымного.

Новое утро принесло новые заботы, правда, волхв предпочел от них самоустраниться. Он с удобством устроился на скамеечке, привалившись к стене кузницы, и читал толстый фолиант в деревянной обложке, обтянутой крокодиловой кожей, изредка делая пометки на полях свинцовым карандашом.

– Чего нового пишут? – Николай отбросил кувалду, которая и была сегодня основным его инструментом, и присел рядом.

– Нового? Ничего, это же Плиний.

– Старший или Младший?

– Он был один. А вот Геродотов – два. Или даже три, если считать их папу, тоже историка не из последних.

– Надо же, – удивился Шмелёв, – а у нас считают наоборот.

– Вы там, у себя, все переврали и перепутали, – Серега засмеялся и закрыл книгу.

– И чего, открыли? – Коля от удивления даже позабыл про трубку, которую собрался закуривать. Сигареты у него кончились еще на прошлой неделе, но на торге у краснорожих купцов с перьями на голове удалось купить заморские травы, якобы лечебные. Но по вкусу – точно табак.

– Да ты кури, не стесняйся. Это мне питания дымом не положено, – махнул рукой волхв, но на всякий случай переложил фолиант подальше. – О чем я? Ах да… Америка. Ну, отправили туда несколько кораблей… С купцами, с товарами, с воями… И не нашли никакой Америки. Нету ее, а на том месте все та же страна краснокожих, что и всегда была. Обманула ведьма.

– А где она сейчас?

– Кто, та страна?

– Нет, попаданка…

– Да ее тогда же и сожгли.

– Ну вы и звери.