Личный колдун президента

Снадобья и правда не помогут – не мне, обыкновенному Верховному магу Империи и архимагистру в третьем поколении тягаться с волей небес. Лекарства отсрочат неизбежную кончину, но не более того.

– Послушай меня… – Ермий закашлялся и вытер ладонью выступившую на губах кровь. – Ульдемир, я знаю, что Вольфы никогда не предавали меня. Надеюсь, что и ты будешь… после того, как…

– Мы были одними из многих верных, владыка!

– И где сейчас все остальные, а? Но молчи, Ульдемир, не перебивай, – пальцы императора, ещё недавно способные разломить пополам золотой солид, мелко дрожали.

Странный вопрос, не требующий ответа. Как будто я считал всех проворовавшихся чиновников, продавшихся ордену «Светлой Надежды» наместников провинций, шпионов сопредельных государств, всевозможных заговорщиков и бунтовщиков. Казнил и забыл, зачем забивать память? Если нужно, то могу поднять документы и посмотреть.

– Сколько тайн хранит твоя голова, граф Вольф? – через силу усмехнулся император. – Многие неизвестны даже мне.

Да, и это так. Должность главы Тайного Кабинета передаётся в семье Вольфов уже третье поколение, и мы привыкли хранить покой Империи и императора. Иногда незнание лучше горькой правды, знаю точно. Пусть владыка оплакивает трагически погибшего на охоте старого друга, но не приведи Боги, если он узнает причины случайной трагедии.

– Ты должен уйти, Ульдемир.

Бояться смерти? Не смешите! Ни один из Вольфов не дожил до преклонных лет, так почему мне становиться исключением?

– Ты не понял, Ульдемир… – Ермий Неистовый устало прикрыл глаза. – Ты уйдёшь из нашего мира в другой и заберёшь с собой Илию. Не требую клятв – знаю, что сделаешь. Для построения портала разрешаю воспользоваться смертной магией.

Холодок пробежал по спине. Вопреки всеобщему мнению, считающему Ермия Неистового средоточием зла и посланцем тёмных сил, чёрные направления магии в Империи находятся под запретом. На каждый отдельный случай применения требуется личное разрешение императора, которое иному магу не получить ни при каких обстоятельствах.

Я получал по первой же просьбе, хотя и очень не любил заниматься этой дрянью.