Джонни Оклахома, или Магия массового поражения

 – Ты теперь у нас кто?

– Норвайский рикс Вован Безумный из рода Димуса Синяя Борода, а чо?

– А где оригинал?

Демон немного смущенно засопел и нехотя признался:

– Он помер.

– Давно?

– Вот только что и помер. А не надо было в пьяном виде падать за борт драккара! Сам виноват!

Глава 4

В ворота колотились долго. Прошло не менее двадцати минут, прежде чем открылось окошко, напоминающее «васисдас» московских булочных времён Евгения Онегина, и хриплый голос спросил:

– Кого нечистый в такую рань принёс?

– Уже полдень, болван! – Фон Тетюш попытался ухватить сторожа за шкирку прямо через отверстие, но потерпел неудачу из-за некстати дёрнувшегося коня.

– Его сиятельство никого не принимает! Приезжайте завтра, а лучше недельки через две! – И окошко захлопнулось.

– Немедленно открывай виконту Оклендхайму! – Заранее спешившийся Вова грохнул обухом в ворота, но немного перестарался и проломил довольно-таки гнилую доску. – Его милость соизволили вернуться домой!

– Проваливай к нечистому с такими шутками, варвар, – не поверил сторож.

– Сам посмотри.

– Не буду! – Но любопытство победило, и он опять распахнул «васисдас». Вгляделся, высунув голову. – Мастер Джонни? Я немедленно сообщу вашему батюшке… Радость-то какая! – И убежал, оставив путников снаружи.

Демон почесал бритую макушку:

– Гостеприимство на высоте, ядрёна кочерыжка.

Риттер поддакнул:

– Ага, бардак полнейший. Им бы сюда прапорщика хорошего, чтоб ещё советской закалки, – те даже из потомственного интеллигента способны сделать нормального человека.

Подождали ещё минут пятнадцать. Но так никто и не появился. Наконец демон-боксёр не выдержал:

– Вы как хотите, а я пошёл.

– Куда?

– Туда.

Секира с размаху влетела в то место, где предположительно должен был находиться запирающий ворота брус. Створки вздрогнули… и медленно завалились внутрь, зазвенев вырванными из расшатавшейся кладки штырями петель.

– Ни фига себе! – Вова торопливо отпрыгнул от упавшей сверху решётки.

Поднявшаяся туча пыли заставила виконта расчихаться, а когда она немного осела, голос с той стороны преграды произнёс:

– Не думаю, что доблестного рикса можно напугать какой-то там решёткой.

– У нас в Норвае так шутят.

– Я понял.

Человек сделал шаг вперёд. Лёгкая улыбка на губах, внимательные серые глаза, седина и жёсткие складки у рта…

– Здравствуй, сын.