Джонни Оклахома, или Магия крупного калибра

 – Три дня в коме, а через неделю похороны. А мы как бы и не при делах.

– Понятно. Ну так вот… если бы не это проклятие, то кое-кого зазомбировали бы к чертям собачьим, и этот кое-кто начал бы бросаться со своим топором на друзей.

– Фигня, – пренебрежительно отмахнулся норваец. – На демонов подобная хрень не действует. От слова «абсолютно»!

Карл Гримек опять склонился к риттеру фон Тетюшу и шёпотом спросил:

– Сэр Вован является демоном?

– Да, и уже давно. Тебя это нервирует?

– Нисколько. Просто раньше не знал.

– Теперь знаешь. Что, легче стало?

– Пожалуй, нет, не легче.

– Вот и я про то. Толку-то в таком знании?

Ну а Оклендхайм-младший насмешливо посмотрел на наивного северного варвара:

– На твоём месте я бы не расслаблялся. Заклинание подчинения воли не действует на демонов, вызванных с помощью магического ритуала, а ты, если мне память не изменяет, появился тут добровольно.

– И что?

– И ничего! В следующий раз хренакнут чем-нибудь помощнее, и понесётся душа в рай.

– Меня туда не пустят, это во-первых.

– Значит, псу под хвост понесётся. Этого хочешь?

– Нет, не хочу.

– Тогда прекращаем вольное казакование с походами за зипунами и с завтрашнего утра начинаем учёбу. То есть отправляемся в Университет. Первый курс, как известно, живёт в общежитии почти на казарменном положении с увольнениями в город раз в неделю, и там, надеюсь, мы будем в большей безопасности.

– Я опасностей не боюсь, – самодовольно заявил норваец.

Виконт постучал столовым ножом по бокалу, требуя заткнуться и не перебивать:

– Рано нам на неприятности нарываться, Вова. Вот обживёмся, пообвыкнемся, прикинем х… хм… к носу, и вот тогда сами устроим их кому угодно. Ты не забыл напутственные слова Его Величества?

– Лаврентия Борисовича?

– Короля Джеронимо Первого Ланца!

– Что-то там про разрушенный Карфаген? Как же, помню прекрасно. Да не беспокойся, Джонни, выполним мы его пожелание, уважим старика.

Глава 3

Наутро провожать друзей вышел весь персонал гостиницы, включая самого хозяина мэтра Гарпагона, его троюродного племянника и по совместительству конюха Автонома Колпакиди, так и не назвавшего своего имени распорядителя дуэльной площадки, чётырех служанок, повара и двух мальчиков на побегушках.

Расчувствовавшийся мэтр доверительно сообщил риттеру фон Тетюшу:

– Будете в городе на выходные, ваша милость, так обязательно заглядывайте.