Джонни Оклахома, или Магия крупного калибра

Предполагаю, что виконт Оклендхайм связан с… ну, ты понимаешь, о чём я хочу сказать.

– А вот это тревожно.

– Ещё как. Если мои подозрения подтвердятся, то нам не стоит даже пытаться ему мешать. Ответные действия непредсказуемы. Они вообще не поддаются прогнозам.

– Плохо. Но он ведь не один? Кто там ещё?

– Их много, – на сиреневом тумане появился следующий портрет. – Жена виконта – леди Ирэна Оклендхайм. Тоже попала в этот мир в результате неизвестного катаклизма. Природная боевая ведьма.

– Так мы же последнюю давным-давно уничтожили.

Эксперимент признан неудачным, и опытные образцы подлежали немедленной утилизации. Разве не так?

– Не столько неудачным, сколько опасным для нас. Ведьмы с магией третьего уровня и с перспективой развития способностей до второго… Нам это надо?

– И тем не менее в настоящее время одна природная боевая ведьма существует.

– А что делать? Я, например, не хочу связываться с… ну, ты понимаешь. Остаётся только наблюдать и рассчитывать, что прочие пришельцы не обладают столь выдающимися способностями.

– Много их ещё?

– Ещё трое. Первым по времени к нам попал некто Лаврентий Борисович Кац, в своём мире известный под именами «товарищ Эрнесто де Пуэбло», «товарищ Ляо», «полковник Неумывакин», «сеньор Лучано», «дон Луиджи».

– Из КГБ? – проявила неожиданную осведомлённость вторая сущность.

– А вот это точно неизвестно. В настоящее время – король Груманта Джеронимо Первый Ланца.

– Я подозревал, что тут дело нечисто. Ну а остальные?

– Остальные попроще.

Обычный полицейский, участковый инспектор Сергей Тетюшев, он же риттер Сьёрг фон Тетюш, и доктор технических наук, боксёр-тяжеловес Владимир Бородулин. Последний вселился в тело вождя северных варваров и особой опасности не представляет. Магические способности минимальны.

– Да, дела… – задумчиво протянула вторая сущность. – И что будем делать?

– Во-первых, нам не стоит предпринимать резких движений, – первая сущность развеяла туманный экран. – А во-вторых, мы должны попытаться войти в контакт с Иваном Смирновым, то есть виконтом Оклендхаймом, и добиться от него права связаться напрямую с… ну, ты понимаешь, о чём я хочу сказать.

– А если виконт не захочет?

– Мы будем убедительны. Поможем ему кое в чём, в конце-то концов. Пусть почувствует себя обязанным, и из благодарности… Можешь не верить в человеческую благодарность, но она иногда встречается. Очень редко, но встречается.

– Не стану спорить.

– Да, не спорь со мной, пожалуйста.