Смерть шута

А вот дожимать чужое, когда кто-то уже сформулировал мысль, получалось гораздо лучше.

Тем не менее, Алексей сразу же был принят в гильдию авторов команды. По словам коллег, он оказался «самородком из народа». До Леши ни у кого не получалось так сразу влиться в коллектив. Что касается шуток, придуманных Соломко в тот вечер, в памяти сохранилась одна:

«Катерина Семенова стала чемпионкой Европы по быстрым шахматам. Секрет успеха нашей спортсменки прост: пока соперницы делали один ход, Катя успевала сделать два».

Быть автором команды «Двойной интеграл» для начинающего КВМщика было слишком много, но для Алексея Соломко – слишком мало. Леша хотел выходить на сцену. Но выяснилось, что там все места уже заняты. По крайней мере, «роли первого плана». Конечно, внешность у Алексея была, что называется характерная, но она не являлась автоматическим пропуском на подмостки. Поэтому пропуск Леша выбил себе сам.

А дело было так. «Двойной интеграл» выступал перед своим мехматовским зрителем.

В одной из миниатюр на сцену должна была выйти «уборщица» и заполнить небольшую паузу – секунд десять. Рома сказал Алексею:

– Леш, надень косынку, выйди на сцену со шваброй и скажи старческим голосом: «Опять намусорили, математики недорезанные! Ноги подымите». Проведи шваброй два раза по полу и уходи.

Алексей Соломко не мог удовлетвориться столь незначительной и столь малоосмысленной ролью. Поэтому он вышел и сказал следующее:

– Я не поняла, что за яйца такие?!

В зале повисла тишина.

Зрители напряглись. Слово «яйца» ранее с этой сцены не звучало, так как в представлении интеллигентных математиков имело исключительно физиологический смысл.

– Что за яйца такие?! – повторил Алексей и сделал МХАТовскую паузу. После чего дал развязку: – Что за яйца такие дорогие на рынке?!

Еще секунду зал помолчал, затем разродился хохотом и овациями. Окончание короткого монолога фразой «Опять намусорили, математики недорезанные» – уже никто не слушал.

Леша рассчитал верно: зритель любит такие вот фортели.

Кроме того, он попал в актуал – во время очередного экономического кризиса куриные яйца сильно подорожали.

Как потом шутил Степа:

– Леша, ты стал популярен благодаря своим яйцам.

Самому же Алексею Соломко за эту выходку было потом стыдно. Ну явно не интеллектуальный юмор! Зато начал определяться его сценический образ: шут, которому дозволено говорить острые шутки, клоун, которому многое прощается.