Водка и алмазы

Большие глаза, которыми он с удивлением смотрел на окружающий мир, были непонятного цвета, но веселые. Его хирургические руки были красные от легкого мороза. Ему было, как и большинству его сверстников, двадцать девять лет.

Настроение у Молоткова было не очень чтобы, но забавный вид молодого человека его развеселил.

– Добро пожаловать на борт. Рад… – слегка иронично начал было бизнесмен.

Человек в сомбреро посмотрел на него, как смотрит кошка на заигравшегося котенка, и Анатолий осекся.

– Ну, чего, собственно говоря, стоим? Поехали, – вполне уверенным тоном сказал пассажир.

– И куда же вам?

– Как минимум, прямо.

Машина, впиваясь шипами в наст, уверенно взяла старт и продолжила движение.

– Простите, а как ваше имя? – поинтересовался Молотков.

Пассажир задумался.

– Я задал слишком сложный вопрос? – с кажущимся сожалением и допустимой долей сарказма спросил Анатолий.

– Да, непростой. Но я отвечу. Прославленный Бездельник, Замечательный Лентяй, Всемирноизвестный Лодырь. Можете выбрать на свой вкус.

– По мне так это больше похоже на клички североамериканских индейцев. А в паспорте у вас что написано?

– Глупости всякие, которые никак не отражают мой внутренний мир.

Анатолий нажал на тормоз.

– Мне представляется невозможным ехать вместе с человеком, которого я вынужден называть Замечательный Бездельник.

– Дима Зулейкин, – легко и непринужденно сообщил пассажир, взяв в расчет новые обстоятельства.

Джип двинулся дальше.

Анатолий включил кнопку небольшого чайника, находящегося возле водительского кресла.

– Чаю не желаете? – спросил он гостеприимным тоном. Ехал Анатолий уже долго – хотелось общения.

– Пить чай, это то же самое, что пить пот индийского крестьянина, вынужденного трудиться на плантациях от рассвета до заката.

«Эка во!» – вздернув брови, подумал Молотков.

– Как же вам согреться? – вполне спокойным тоном спросил бизнесмен.

– Я не замерз, – уверенно ответил Дима.

– Но мороз… а вы легко одеты…

– Я не признаю мороз как природное явление.

Анатолий имел весьма малый опыт общения с чудаками – в мире бизнеса их уже не осталось, в отличие, допустим, от 90-х годов. С другими категориями граждан он общался мало – только по необходимости.

Не имея четкой концепции продолжения разговора, Молотков замолчал.